Книга Нестандартное обучение, страница 61 – Татьяна Берест

Перевожу взгляд в сторону, щурюсь.

И Ника…

Толковая. Быстро схватывает, не теряется, не истерит. С ней работать можно. Нужно. Такими не разбрасываются.

Значит, держим связку. Без лишнего. Чётко.

Я откидываюсь назад, выдыхаю глубже.

— Всё, — тихо себе. — Без самодеятельности.

Просто работа.

И всё остальное — мимо.

Я усмехаюсь уже жёстче:

— Левые. Разные. Много.

Без имён. Без лица, которое потом в голове остаётся.

Проще так. Надёжнее.

Разговор закончился.

Костян считает, что всё уладили. Я вижу это сразу. Он откинулся на спинку стула, плечи расслабились, взгляд ушёл в телефон. Для него всё просто: сказал — значит разобрались.

Я молчу.

Потому что внутри ничего не закончилось.

Я выхожу на балкон, закуриваю и стою, глядя в темноту двора. Дым ложится ровно, дыхание спокойное. Со стороны — обычная картина.

Но тело помнит.

Это самое раздражающее.

Стоит закрыть глаза — и внутри снова вспыхивает тот момент. Коротко. Резко. Не картинкой даже — ощущением. Чужие руки на ней. Слишком близко. Слишком уверенно.

И внутри поднимается то самое движение.

Убрать.

Просто убрать его из кадра.

Я сжимаю фильтр сигареты зубами и тихо усмехаюсь. Интересно. Я много лет смотрю на людей и знаю свои реакции наперёд. Они предсказуемые, аккуратные, выверенные.

Эта — нет.

Она грязная.

Почти примитивная.

Как у животного.

Я возвращаюсь в комнату. Костян сидит за столом, тем самым, и лениво листает экран. Он даже не смотрит на него так, как я. Для него это просто мебель.

А у меня внутри всё снова сжимается.

Не потому что он что-то сделал.

Потому что он был там.

Я задерживаю взгляд на столе чуть дольше, чем нужно, и понимаю неприятную вещь: я не просто вспоминаю. Я прокручиваю это снова.

Смотрю.

Сравниваю.

Представляю.

И каждый раз в этой картинке я выталкиваю его.

Мысль приходит тихо, почти спокойно: так было бы правильнее.

Я ловлю себя на этом и медленно провожу рукой по лицу.

Вот это уже интересно.

— Ты завис? — спрашивает Костян.

Я поднимаю глаза.

— Нет.

Голос ровный. Как всегда.

Но внутри уже ясно: вру.

Потому что когда она рядом, всё работает иначе. Я это заметил не сразу. Сначала просто ловил себя на том, что смотрю дольше, чем надо. Потом — что прислушиваюсь к её шагам в квартире.

Теперь всё хуже.

Теперь тело реагирует раньше головы.

Она проходит мимо — и внутри что-то резко подтягивается, как натянутая струна. Плечи, спина, пальцы. Будто организм готовится к чему-то, чего ещё нет.

Я такого за собой не помню.

Это бесит.

Я беру сигареты со стола, кручу пачку в пальцах и вдруг понимаю простую вещь. Мне не нравится, что она была с Костяном.

Не потому что он мой напарник.

А потому что он был первым в этой сцене.

Эта мысль приходит спокойно, без всплеска. Просто факт.

И от этого становится даже холоднее.

Я смотрю на стол и вдруг ясно вижу, как всё могло бы быть иначе. Другой угол. Другие руки. Другой ритм.

Мой.

Костян что-то говорит, но я почти не слушаю.

В голове уже совсем другая линия.

Медленная.

Тёмная.

Я всегда считал себя человеком контроля. Любая ситуация разбирается, любая реакция подчиняется. Это просто вопрос дисциплины.

Но сейчас внутри растёт другое чувство.

Почти азарт.

Хищный.

Я долго смотрю в пустоту после этого.

Почти смешно.

И плохо.

Слово какое-то… человеческое.