Книга Дорогая, я здесь, страница 63 – Кристина Лин

— С тобой не соскучишься.

А кто спорит? Сам ведь напросился сюда поехать. Вот и сам виноват!

Он расцепляет руки и немного отстраняется, смотрит вниз.

— Милые зайчики, — смеется с меня. Я опускаю вниз взгляд и, увидев свои трусы в зайчиках, закрываю их руками. — Где твоя юбка?

— Не знаю. — Отвечаю в отчаянии. Ну не идти же по деревне в одних трусах! Мужчина быстро решает мою проблему. Просто снимает с себя майку и натягивает на меня. Он намного выше меня, поэтому майка доходит до середины бедра и сейчас больше похожа на легкое платье.

Притягивает меня к себе за талию и впивается в губы. Отключает от моих страхов и смущения своим напором, которого я, как оказалось, ждала все эти дни. Подаюсь к нему всем телом, отвечаю на его ласки, руками притягиваю к себе за шею. Вот как он это делает? Одно прикосновение, и я уже растеклась лужицей, готовая на все. Плевать на то, что мы в лесу и ветки больно впиваются в бок и царапают кожу, когда он укладывает меня прямо на землю. Плевать, что еще десять минут назад я умирала от страха, сидя на дереве. Дикие животные? Мне ничего не страшно, когда он рядом, и я растворяюсь в ощущениях от близости моего мужчины.

Выбраться в эту глушь было отчаянным поступком с моей стороны. И сделал я это исключительно ради того, чтобы произвести впечатление на одну синеглазую барышню, которая, я понял это по ее поведению, до последнего не верила, что я поеду. Еще одним неприятным сюрпризом стало отсутствие интернета. А мне без связи никак нельзя. Но так я думал, пока не увидел ее в обычных джинсовых шортах и майке, протирающую мокрые тарелки. Да, все мои трудности, не имели значения, когда она так беззаботно смеется, когда слушает бабкины рассказы. И, конечно, все тяготы померкли, когда она смотрела на меня так. Не так недоверчиво, как обычно. А так, будто открывала меня для себя заново. Будто оценивает меня. И я видел по ее взгляду, что ей все нравится.

Она никогда не умела скрывать свои эмоции. Особенно от меня. Все ее мысли легко читались по смене выражения лица, взгляду, жестам. Я так привык считывать мысли других людей. За то время, что я пробирался наверх по карьерной лестнице, чуть ли не выгрызая себе место на самом верху, научился безошибочно читать людей. И меня это даже стало тяготить. Ведь чаще всего мысли людей были забиты деньгами или сексом.

А вот за Алинкой наблюдать было интересно. Бесконечная борьба у нее в голове, когда она хотела послать меня куда подальше, в любой другой ситуации, меня бы только позабавила, добавляя азарта в игру. Но во всем, что касалось Алины, я был непривычно нелогичен. И не похож на себя. Я просто дурел, глядя на нее. Она и раньше возбуждала меня. Своим голосом, взглядом. А теперь, когда стала такой красоткой, я вечно ходил вокруг нее со стояком, как маньяк. И остатки здравого смысла уходили на то, чтобы не сгрести ее в охапку, не утащить в пещеру, где я мог бы трахать ее до потери сознания.

Сколько бы она не храбрилась и не изображала недотрогу, я всегда чувствовал, что в моих объятиях она забывает обо всем. И сейчас, в лесу, она кричала от удовольствия, изгибаясь и вздрагивая, когда оргазм накрыл ее. Да, разве имеют значения все мои трудности, когда она смотрит на меня помутневшим от удовольствия взглядом. И разве имеет теперь значение все, что было до нее?