Книга Девушка в муслиновом платье, страница 8 – Джорджетт Хейер

— Чудо, – повторила она отчужденно. – Да, чудо. И он едет сюда с твоего согласия. А ты не мог сначала поинтересоваться, как я отнесусь к его предложению? Мне не нужна эта замечательная партия, папа.

Граф не верил своим ушам.

— Не нужна? – протянул он изумленно. – Должно быть, ты не в своем уме!

— Может быть. – На лице Хестер появилась саркастическая улыбка. – Вам нужно было предупредить сэра Гарета, сэр. Я уверена, он не захочет жениться на слабоумной.

— Если ты думаешь, что это смешно, – сердито произнес его светлость, – ты ошибаешься.

— Да, папа.

Он взглянул на дочь, чувствуя, что она каким-то непостижимым образом ускользает от него. Она всегда была кроткой и послушной дочерью, но он часто ловил себя на мысли, что за ее внешней мягкостью может скрываться характер, которого он совсем не знает. Понимая, что нужно действовать более осторожно, он подавил свое раздражение и произнес тоном заботливого отца:

— Какая муха тебя укусила, моя дорогая? Только не надо говорить мне, что ты не хочешь замуж, потому что все женщины хотят вступить в брак.

— Да, конечно, – согласилась она со вздохом.

— Может, Ладлоу неприятен тебе?

— Нет, папа.

— Я так и думал. Он самый завидный жених в Англии. Столько достойных леди имеют на него виды! Тебе будут завидовать все незамужние женщины в городе!

— Ты в самом деле так думаешь, папа? Как это будет восхитительно! Только мне кажется, что при этом у меня будет странное чувство, будто я – это не я. Это нехорошо, когда сама себя не узнаешь.

Это загадочное и, как ему показалось, довольно бессмысленное замечание дочери вывело графа из равновесия, но он снова набрался терпения и продолжал:

— Это пустяки. Конечно, я никогда не думал, что он захочет вскружить тебе голову, но зато много раз видел, как он стоял возле тебя на балу, не обращая внимания на всех этих красоток, которые старались прельстить его. А потом вы садились и мило беседовали.

— Он очень обходительный, – согласилась Хестер. – И часто рассказывал мне о Клариссе, потому что я была с ней знакома. Больше никто не осмелится упоминать ее имя в его присутствии.

— А что, он и сейчас продолжает разговаривать с тобой о ней?! – воскликнул граф, смекнув, что в этом, возможно, и есть ключ к разгадке тайны.

— О нет, – ответила она. – Мы уже давно не говорили с ним на эту тему.

— Ну тогда зачем, черт возьми, ему тебя разыскивать, если он не хочет говорить об этой Линкомб? – настаивал он. – Уверяю тебя, он делал это для того, чтобы добиться твоего расположения!

— Нельзя сказать, что он разыскивал меня. Просто он настоящий джентльмен. Когда мы встречаемся с ним на приемах, он не может ограничиться одним поклоном и всегда подходит ко мне. – Умолкнув, она вздохнула и посмотрела на отца из-под полуопущенных ресниц. – Какая я глупая! Наверное, ты прав, и он действительно решил сделать мне предложение, после того как погиб его брат майор Ладлоу.

— Конечно, я прав. Он очень разумно поступил, выбрав тебя.

— О нет! – воскликнула она и замолчала, устремив перед собой задумчивый взгляд.

Графу стало не по себе. Невозможно было определить, что думает его дочь. На ее спокойном лице лежала печать грусти, а в голосе слышались тревожные нотки, напомнившие ему, как строптиво она отреагировала однажды на сообщение о том, что у него впервые попросили ее руки. Он припомнил, как кротко переносила она любые проявления его гнева и почтительно извинялась, когда не могла ему в чем-то угодить. С тех пор прошло пять лет. За это время его дочь стала старой девой. Какое-то время он еще взирал на нее, а потом сказал: