Книга Судьба плетется нитями любви, страница 58 – Лео Любавич

* * *

Дверь кабинета герцога, массивная и темная, как сама история Айзенберга, приоткрылась с тихим скрипом, словно нехотя впуская Элизу и Рудольфа в святая святых герцогской власти. Сердце Элизы колотилось в груди с такой силой, что, казалось, вот-вот выпрыгнет. Ноги подкашивались, а ладони покрылись холодным потом. Предчувствие чего-то неизбежного, рокового, висело в воздухе, словно дамоклов меч.

Герцог Альберт, сидящий за огромным письменным столом, словно хищный орел в гнезде, резко поднял голову и пронзил Элизу ледяным взглядом. Ей показалось, что земля уходит из-под ног. Она готовилась к худшему: к обвинениям, к гневу, к неизбежному разрыву с Рудольфом. Но то, что произошло дальше, превзошло все ее самые смелые предположения.

— Нам нужно решить несколько дел, фройляйн Шмидт, — начал герцог, его голос звучал ровно и спокойно, но в этом спокойствии скрывалась какая-то тревожная сила. — Вернее, простите, графиня фон Штольберг.

Имя, произнесенное герцогом, ударило Элизу словно гром среди ясного неба. Она чуть не упала в обморок. История о ее происхождении, рассказанная Рудольфом, казалась ей сказкой, небылицей, чем-то нереальным. И вот теперь…

Герцог протянул ей папку с бумагами.

— Это касательно вашего имущества по завещанию Михаэля Айзенберга. Северное крыло замка, имения, драгоценности, антиквариат… и денежная сумма, вернее, то, что от нее осталось после барона фон Келлера. В качестве возмещения растраченного, барон передает вам свое имение в Тюрингии. Это имущество уже ваше, требуется только ваша подпись.

Элиза листала бумаги с недоумением. Там был длинный список имущества, которое ей передавалось. Замки, земли, леса, драгоценности… Голова шла кругом.

— А вот, — герцог передал ей другую, еще более толстую папку, — это список имущества, которое вам досталось от вашего деда, графа фон Штольберга.

Эта папка была еще толще первой. Элиза просто была шокирована.

— И для вступления во все эти имущественные права, — продолжал герцог, — вам нужно отправиться в Саксонию, в свой родовой замок.

— У меня… есть замок? — удивленно вымолвила Элиза.

Герцог рассмеялся.

— Да, дорогая графиня! И не один.

— Отец, — вмешался Рудольф, — не пристало молодой фройляйн совершать такое длительное путешествие одной.

Элиза ухмыльнулась. Она хотела возразить, что в Айзенберг она ехала почти две недели одна, но герцог вновь рассмеялся.

— И сопровождать фройляйн необходимо именно тебе, да? — с хитринкой в глазах спросил герцог.

Рудольф смутился, а герцог продолжил:

— Думаю, что все перипетии в Айзенберге уже закончились, и несколько недель твоего отсутствия мы переживем.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием огня в камине. Элиза все еще не могла поверить в происходящее.

Неожиданная метаморфоза произошла с герцогом Альбертом. Словно ледяная корка, сковывавшая его годами, вдруг растаяла, обнажив теплоту и даже некую отеческую нежность. Взгляд, которым он окинул Элизу, был лишен привычной суровости, в нем читалось искреннее расположение, а в глазах, обращенных к сыну, светилась незаметная до сего момента гордость.

— Я, конечно, был бы рад породниться с самим королем, — начал он, голос его звучал мягко, почти ласково, — но раз уж мой сын встретил свою любовь… Думаю, настаивать на браке с принцессой было бы крайне неуместно.