Книга Мой добровольный плен, страница 55 – Евгения Кобрина

— Рада приветствовать вас, господин, в доме господина Аббаса, — сказала я, специально указывая Гафуру, что это не его дом. Мужчина, кажется, понял мой намек, потому что сузил глаза. Я подавила в себе панический порыв бежать из комнаты и спрятаться, и, сглотнув, добавила: — Но он в отъезде.

— Оставь нас, — велел Гафур Фаизе и та, быстро вышла из комнаты. Я была благодарна женщине за то, что она хотя бы оставила дверь открытой, а значит, вздумай я все же спасаться бегством, это даст мне фору. — Ты изменилась, — заметил Гафур. А ты нет, все такой же властный и самоуверенный, и все так же пугаешь меня до чёртиков! Не дождавшись от меня никакого ответа, Гафур сообщил: — Я знаю, что Аббаса нет.

— Тогда зачем ты здесь? — тихо спросила я.

— Я приехал за тобой, — ответил мужчина, и мое сердце перестало стучать.

Я не сдержала нервного вздоха и панический отступила назад:

— Ты даровал мне свободу.

— Я помню, — холодно заметил он. — И надо признать, она пошла тебе на пользу. Ты расцвела еще краше, Джуман. Я рад видеть тебя полностью оправившейся от болезни.

— Европейский врач излечил меня, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

— Уверен, Аббас его озолотил, — холодно заметил Гафур.

Я нервно поправила волосы:

— Он разрешил Рональду жить здесь. Морской климат необходим для его здоровья, — зачем я болтаю всю эту чепуху? Ведь Гафуру это абсолютно не интересно.

— Для твоего здоровья тоже нужен морской воздух? — спросил он.

— Нет, — ответила я на автомате.

А потом в ужасе осознала, что нужно было солгать, сказать ему, что я умру в адских муках, если уеду от океана. Тогда Гафур возможно сжалился бы надо мной и оставил здесь. Похоже, за то время, что мы провели вместе, мужчина отлично научился читать меня — эмоции на моем лице открыли ему все мои мысли. Гафур усмехнулся:

— Что, дала неверный ответ? Я рад, что ты так и не научилась врать, — мужчина шагнул ко мне, а я снова неосознанно попятилась. — У тебя нет причин бояться меня, Джуман. Я здесь не для того, чтобы вернуть тебя в свой гарем. Я даровал тебе свободу, значит так и останется. Я никогда не нарушаю своего слова. Я здесь, потому что Батул нуждается в тебе. В последнее время она совсем не своя. Срок родов приближается, и волнение не оставляет её. Ты нужна ей.

Мое сердце сжалось: днями напролет я сокрушалась, что не могу поддержать Батул. И вот теперь у меня появился реальная возможность быть рядом с ней. Но я до онемения в пальцах боялась этой возможностью воспользоваться:

— Аббас скоро вернется, если он позволит…

— Если позволит? — приподнял бровь Гафур. — Ты ведь теперь свободная женщина, Джуман, тебе больше не нужно ничье позволение.

Я сжала кулаки:

— Я живу в доме Аббаса, я обязана ему жизнью… Когда он вернется, я спрошу его позволения, — подчеркнула я последние слова.

— Он… не скоро вернется, — медленно сказал мужчина. — Из столицы пришли новости, военный поход затягивается.

— Военный поход?

— Он не сказал тебе?

Я смутилась под понимающим взглядом Гафура: женщине не по рангу знать о делах мужчины, даже свободной женщине. Я снова сцепила пальцы, чтобы скрыть в них дрожь и спросила:

— Насколько затягивается?

— Месяц, может два?

— Месяц, — прошептала я. У меня разом закончились все силы. Еще целый месяц в разлуке, а может и больше… Я устало прикрыла глаза.