Книга Незнакомка из Уайлдфелл-Холла. Агнес Грей, страница 239 – Энн Бронте

— Я как раз собралась к вашей сестрице, мистер Маркхем, – сказала она. – И если вы не против, провожу вас до дому. Я люблю общество, когда гуляю. А вы?

— Да. Когда оно приятно.

— Ну, это, разумеется, само собой, – ответствовала барышня с кокетливой улыбкой, и мы спустились с крыльца.

— А я застану Розу дома, как вы думаете? – спросила она, когда мы затворили за собой калитку и направились в сторону Линден-Кара.

— Полагаю, что застанете.

— Надеюсь, я сообщу ей интересную новость… Если только вы меня не опередили.

— Я?

— А кто же? Вы ведь знаете, почему уехал мистер Лоренс?

— А разве он уехал? – спросил я с удивлением, и она просияла.

— О! Так он ничего не сказал вам о своей сестре?

— Но что? – воскликнул я в ужасе, что с ней случилось какое-то несчастье.

— А-а, мистер Маркхем! Вы краснеете! – воскликнула она с ехидным смешком. – Ха-ха-ха! Так вы ее еще не забыли? Однако поторопитесь с этим, от души вам советую, потому что… увы-увы!.. в следующий четверг ее свадьба!

— Нет, мисс Элиза, это ложь!

— Сэр! Вы назвали меня лгуньей?

— Вас ввели в заблуждение.

— Неужели? Так вы осведомлены лучше меня?

— Полагаю, что да.

— Так отчего же вы совсем побелели? – спросила она злорадно. – От гнева на меня, бедняжку, за глупенькую выдумку? Но ведь я лишь «рассказываю то, что рассказали мне», и поручиться за истинность не могу, хотя и не вижу, с какой стати Саре меня обманывать или ради чего солгали бы ей. Но именно это, по ее словам, сообщил ей лакей мистера Лоренса, – что тот уехал на свадьбу миссис Хантингдон, которая назначена на четверг. И назвала фамилию жениха, только я запамятовала. Может быть, вы поможете мне вспомнить? Не то сосед, не то кто-то, часто гостящий по соседству, давний ее поклонник? Мистер… ах, да ну же!.. мистер…

— Харгрейв? – подсказал я с горькой улыбкой.

— Да-да! – воскликнула она. – Это его фамилия.

— Не может быть, мисс Элиза, – сказал я тоном, от которого она вздрогнула.

— Ну, так говорят они, – ответила она затем, невозмутимо глядя мне в глаза, и разразилась визгливым смехом, который привел меня в полную ярость.

— Ах, право же, вы должны меня извинить, – захлебывалась она. – Я знаю, что очень грубо, но… ха-ха-ха… неужели вы сами хотели на ней жениться? О, какая жалость! Ха-ха-ха!.. Мистер Маркхем, что с вами? Вам дурно? Как вам помочь? Может быть, позвать вон того работника? Джейкоб! Джейкоб!..

Но голос ее оборвался – я так крепко стиснул ей локоть, что она отшатнулась, охнув не то от боли, не то от страха. Однако усмирить ее было не так-то просто. Тотчас оправившись, она продолжала с хорошо разыгранным сочувствием:

— Так как же помочь вам? Может быть, воды? Коньяка? Наверное, в трактире дальше по дороге что-нибудь найдется. Хотите, я сбегаю?

— Перестаньте болтать вздор! – сурово прикрикнул я, и она на мгновение растерялась или даже испугалась. – Вы же знаете, я терпеть не могу подобных шуток.

— Шуток?! Я вовсе не шучу.

— Во всяком случае, вы смеялись, а я не люблю, когда надо мной смеются, – возразил я, изо всех сил стараясь говорить спокойно, с достоинством и не сказать ничего лишнего. – А раз, мисс Элиза, вы в таком смешливом настроении, то вам будет более чем достаточно собственного общества, и я не стану мешать вам продолжать ваш путь в одиночестве. Я вспомнил, что мне еще надо заглянуть кое-куда по спешному делу. А потому разрешите проститься с вами.