Онлайн книга «Звезда в колодце»
|
После неудачи со шведами, Борис Годунов обратил свой взгляд в сторону Священной Римской империи, затеяв переговоры о браке Ксении с эрцгерцогом Габсбургом. Осенью 1599 года к Максимилиану, брату императора Рудольфа II было отправлено посольство во главе с дьяком Власьевым. Переговоры о сватовстве начались в городе Пльзень. Русская сторона требовала полной секретности в таком деликатном вопросе как сватовство к царевне Ксении, но родственники императора заявили о необходимости посоветоваться с королем Испании Филиппом II и королем Польши Сигизмундом III. Император Рудольф II, властитель довольно увлекающийся, подумывал даже о том, чтобы самому жениться на дочери «московита», тем более что в качестве приданного предлагалось на сей раз Тверское княжество в «вечное владение» и раздел Польши. Но даже могущественный Рудольф не мог бы бросить свою Священную Римскую империю и переехать из Праги жить в Московию. Однако, переговоры с Габсбургами продолжались, и на сей раз в центре обсуждения оказалась кандидатура еще одного эрцгерцога Максимилиана Эрнста Австрийского из штирийской ветви Габсбургов — он был сыном Карла II Австрийского, правителя Внутренней Австрии, кузеном императора и братом польской королевы Анны. В его случае все застопорилось снова из-за проблемы вероисповедания, и все эти проволочки все больше удручали дочь царя Бориса. Родственница Годуновых дворовая боярыня Домна Богдановна Ноготкова, присматривающая за высокородными девицами, заметила слезы Ксении с лавки, на которой сидела возле окна с цветными стеклами, и поспешно сказала: — Ой, ты боярышня Пронская, опечалила ты царевну. Совсем закручинилась наша лебедь белая. А ну, спой нам песню повеселее! Мария Пронская согласно кивнула головой и с задором начала выводить: Как у голубя как у сизого Золотая голова, У голубушки у сизой Позолоченный венец. Позавидовал, позавидовал Разудалый молодец: Кабы эта, кабы эта Моя сужена была. Я бы ее, я бы ее, я бы ее Урядил, Епанечку, епанечку Ей сошил. Золотой парчой, золотой парчой Покрыл, Соболями, соболями, соболями Опушил. Ты красуйся, ты красуйся, Моя суженая, Ты красуйся, ты красуйся, Моя ряженая! Едва боярышня Маша Пронская допела последний куплет, две створки сводчатой горной палаты царевны услужливо раскрыли стрельцы, стоящие в передней на карауле и вошла царица Мария в сопровождении толпы прислужниц и доверенной боярыни Марии Пожарской. Женщины из дворцовой свиты были одеты довольно скромно, а вот будний наряд супруги Бориса Годунова даже без царского венца поражал своей роскошью и богатством. Светлые волосы царицы были покрыты высокой кикой — головным убором замужней женщины — с навершием в виде копытца, расшитого крупной бирюзой и сапфирами. Летний опашень с частыми алмазными пуговицами портнихи щедро украсили по краям золотым шитьем, оно имело круглое накладное ожерелье из собольего меха с большой жемчужной брошью посередине. Малиновый летник струился из опашня блестящим заморским атласом и выгодно подчеркивал изящные формы тела своей владелицы. Возраст властительницы Кремля приближался к пятидесяти годам, однако она могла с легкостью затмить многих молодых красоток величественностью своего облика и тонкостью красивых черт лица, которые не расплылись со временем и сохраняли свою прежнюю привлекательность. |