Книга Любовь & Война, страница 134 – Мелисса де ла Круз

— Отстраненных от дел? – Анжелика выглядела в равной степени потрясенной и сомневающейся. – Думаешь, имеет место сговор между мистером Джеем и прочими инвесторами?

— Сговор – очень серьезное слово. Я бы скорее назвала это наличием возможностей. Люди, принимающие решения и заключающие сделки, все из одного, довольно узкого, круга – это приблизительно один процент всего населения. Они живут и работают рядом друг с другом, ходят в одни клубы, приглашают друг друга на вечеринки.

— Вроде той, что ты собираешься устроить, – не могла не вставить Анжелика.

— Вот именно. Нам так же повезло, как и им. Но пока слух о дешевой недвижимости дойдет до простого человека, ее уже давно перехватят.

— Извини, сестричка, – начала Анжелика с любопытством. – Но раз уж вы с Алексом входите в тот самый «круг одного процента», как ты его называешь, как вышло, что вы до сих пор не смогли купить себе дом, раз уж они так дешевы? Дело не в том, что дом, который вы снимаете, недостаточно хорош, но кажется, самое время ковать, пока железо горячо.

Вместо ответа Элиза зашла в очередной магазин, где выбрала хрустальную вазу для пунша и набор вышитых салфеток с кружевами, снова отдав расписку. Выйдя из магазина, она пожала плечами.

— На покупку дома, который раньше стоил тысячу фунтов, а теперь стоит сотню, нужно не меньше сотни фунтов. Получить кредит в пять фунтов можно и там, и тут, – сказала она, махнув рукой в сторону магазина, из которого они только что вышли, – но для такой покупки нужны наличные, а у нас их почти нет.

— Но папа, конечно…

— Алекс отказывается. Папа и мама проявили щедрость, оплатив нашу мебель и расходы на переезд, а еще содержали нас больше года. Алекс решил устроиться в Нью-Йорке своими силами. Мой муж – очень гордый человек, и я поддерживаю его решение. Лучше уж я буду женой человека, которого заботит, что он делает, чем того, кто думает лишь о том, что имеет.

— Полагаю, я могу с тобой согласиться, – с сомнением сказала Анжелика, – но должна признаться, я счастлива, что нашла мужчину с убеждениями, которые позволяют ему неплохо зарабатывать.

Элиза рассмеялась.

— На вашем с Пегги фоне я навсегда останусь самой бедной из сестер Скайлер. Но у меня нет сомнений в том, что Алекс прекрасно нас обеспечит. Не считая адвокатской практики, он, образно говоря, успел сунуть пальцы в каждый горшок. В финансы, в торговые отношения, в союзы с европейскими державами, в армию и даже в область, которую я для лучшего понимания назову общей политической теорией.

Анжелика нахмурилась, сомневаясь, что хочет обсуждать эту тему.

— Что ты имеешь в виду? – спросила она осторожно.

— Он считает, что нам нужен документ, хартия вроде Статей Конфедерации, но более подробная и обязательная к исполнению. Нечто такое, что наконец-то позволит нам стать поистине единой нацией, а не смешением разрозненных штатов.

— Похоже на слова человека с большими политическими амбициями.

— Несомненно, с не меньшими, чем у папы, Стефана или твоего Джона. Я надеюсь, он станет по меньшей мере сенатором.

— По меньшей мере? А кто выше сенатора?

— Алекс уверен, что исполнительная власть в Соединенных Штатах должна быть сосредоточена в руках одного человека.

— Короля? – задохнулась Анжелика.

— Нет, кого-то вроде премьер-министра. Но не по образу Британии – марионетки, вынужденной подчиняться монарху. Скорее, вроде главы большого предприятия, который отвечает только перед своими вкладчиками.