Книга Дорога радости и слез, страница 52 – Донна Эверхарт

— Так живот от голода будет меньше болеть, – сказала мама.

Я не стала ей говорить, что этот фокус не сработал.

* * *

На следующее утро после того, как мы поели щей из одуванчиков, я отправилась на реку за водой. Эту свою обязанность я начала уже тихо ненавидеть. С собой я взяла Сефа, надеясь, что прогулка на время отвлечет его от голода. Чувствовала я себя паршиво. В иных обстоятельствах я бы предложила братику во что-нибудь поиграть, но выглядел он так, что прямо слезы на глаза наворачивались. Я взяла его за руку, и он, даже не думая упрямиться, послушно пошел со мной. Шла я медленней обычного, переступая дрожащими ногами через поваленные стволы и гниющие сучья, что принесло сюда наводнение.

Когда мы находились уже неподалеку от реки, я отпустила руку брата и строго наказала ему:

— К воде близко не подходи, а то упадешь и утонешь. Понял меня?

Сеф поднял на меня взгляд. Из его носа текли сопли. Малыш решительно кивнул головой. Я выставила указательный палец и вытерла ему нос.

— Вот и молодец. Стой здесь. И смотри у меня, не бедокурь.

— Уолли, я пить хотю. Отень-отень хотю.

Для наглядности Сеф тихонько почмокал иссохшимися, потрескавшимися губами.

— Я знаю. Мы ведь как раз за водой и пришли. Жди меня здесь. Договорились?

Со всей осторожностью я принялась спускаться к реке, тщательно выбирая, куда мне ставить ногу. Вымыв руку, перемазанную в соплях Сефа, я где-то с минуту разглядывала реку, прикидывая, насколько в ней спала вода. Сантиметров на тридцать, а то и полметра. Все равно река еще оставалась очень полноводной. Папа сказал, что из-за того, что постоянно моросит дождь, вода спадать будет долго. Мы вернулись домой около двух недель назад, и за это время дождь шел через день. Я наклонилась и, зачерпнув ведром воды, наполнила его почти что доверху. Вот было бы здорово, будь у меня не одно ведро, а два. Так бы мне реже пришлось мотаться к речке. Я вспомнила о прозрачной, ледяной воде из нашего колодца. Папа сказал, что придумал, как починить колодец, но сперва нам нужна крыша над головой. Поскольку пока мы могли кипятить воду из речки, чрезвычайной необходимости в колодце не было, хотя вода из колодца была бы вкуснее, да и я бы оказалась избавлена от лишних трудов.

Я поставила наполненное водой ведро. Сеф сидел на корточках у камня и ковырялся веточкой в земле. Увидев, что он занят делом, я стала искать корень цикория. Его синие цветы давным-давно показывала мне мама. Из-за зазубренной формы лепестков она называла их щербаками. Я заприметила заросли цикория неподалеку от берега и принялась его рвать. Через несколько минут я решила глянуть, чем занимается Сеф. Подняв взгляд, я не могла поверить своим глазам. Он стоял на четвереньках и, словно пес, хлюпая, пил воду из грязной лужи. Сколько образов за краткий миг промелькнуло перед моим мысленным взором: и трупы животных, и смытые наводнением сортиры, и Бог знает какая еще дрянь, которая могла оказаться в воде, которую сейчас пил мой брат. Я представила, как яд разливается по его желудку.

Я бросила корни цикория и завопила:

— Сеф, нельзя!

Он поднял голову. Перемазанные в грязи губы неуверенно кривились, а красные глаза уже наполнились слезами. Бросившись к нему, я рывком поставила его на ноги и хорошенько тряхнула.