Книга Черный Ангел, страница 85 – Ньевес Идальго

Келли не двигалась, но в ее голове начали возникать тысячи мыслей и вопросов. Какое место занимает Мигель на пиратском судне? Почему он действовал с такой уверенностью? И что он делал в этой каюте?

— Ты говорила, что хочешь побеседовать с капитаном… — не переставая есть, начал разговор Мигель. Келли молча кивнула, хотя стояла за спиной Мигеля, и он не мог ее видеть. — Тогда можешь говорить, что хотела.

Вот оно что! Значит, Мигель был капитаном! Она находилась в капитанской каюте, а он командовал этим кораблем! Келли отступила на шаг и ухватилась рукой за спинку кровати. Эта новость сразила ее наповал. Она находилась в руках человека, который когда-то был рабом у дяди, а теперь верховодил шайкой злодеев. Келли приложила все силы, чтобы успокоиться, и с напускной уверенностью произнесла:

— Мой отец заплатит вам хороший выкуп, если вы вернете нас целыми и невредимыми.

Келли показалось, что мускулы на спине Мигеля напряглись. На минуту в каюте воцарилась тишина, а затем Мигель ответил:

— К этому времени, мисс Колберт, я накопил богатства более чем достаточно, чтобы меня соблазнил Ваш выкуп.

Келли проглотила свою гордость и подошла к Мигелю.

— Никто не отказался бы от столь значительной суммы денег, — тихо сказала она.

— А я отказываюсь! — рявкнул Мигель и резко привстал из-за стола, вынуждая Келли снова отступить. К величайшему удовольствию Мигеля в зрачках сапфировых глаз отразился страх. Эта английская гарпия была в его руках, и сейчас она заплатит за все! Однако Мигель заставил себя успокоиться и снова сел. — Если хочешь что-нибудь поесть, то здесь хватит на двоих. И забудь о том, чтобы выйти отсюда.

Келли не могла и пальцем шевельнуть, казалось, она окаменела и была похожа на статую. Судя по категоричности ответа, ее сомнения превращались в очевидность. Келли боялась Мигеля, потому что он слишком сильно изменился с того дня, когда она увидела его в последний раз. Он уже не был рабом, которого Эдгар едва не запорол кнутом до смерти, и которого от зари до зари заставляли гнуть спину на полях сахарного тростника. Эти раны никогда не затянутся полностью. Теперь Мигель был свободным; он стал жестоким и бессердечным, почти как дьявол, и Келли чувствовала себя как никогда уязвимой.

— Где остальные дамы?

Мигель повернулся к ней, чтобы ответить. На секунду он показался ей снова тем человеком, который покорил ее в «Подающей надежды», но только на секунду, пока не произнес:

— Молодую белую переправили на другой корабль, а старая и мулатка на борту.

— С ними все… хорошо?

— Вам следовало бы беспокоиться о себе, мисс.

— Возможно, но я спрашиваю о них.

— Желаете знать, не изнасиловали ли их?

Это вполне могло произойти, и у Келли слегка закружилась голова.

— Я хочу знать, все ли у них в порядке, и не издевались ли над ними.

— Какая женщина не чувствует себя прекрасно, славно покувыркавшись в постели?

— Подлец! Выродок!

«Ну и дамочка, черт ее возьми! — подумал Мигель. — Все так же заносчива и тщеславна!»

— А ты не растеряла своих королевских замашек, Келли, правда?

Раз от раза Келли все больше теряла уверенность, и теперь она молча слушала Мигеля. Ей нужно было знать ответ на свой вопрос.

— Бризе, моему боцману, похоже, приглянулась эта красотка цвета кофе с молоком. — При этих словах в животе Келли образовался огромный, тяжелый ком. — А кто та, другая женщина?