Книга Королева Шотландии в плену, страница 48 – Виктория Холт

— Моя бедная Кристиана! Боюсь, я настолько погрузилась в собственные беды, что мало думаю о чужих горестях.

— Ваше величество, все знают, что вы великодушны. А мое положение стало менее тяжелым благодаря симпатии леди Дуглас, которая, несмотря на стремление услужить своему незаконнорожденному сыну, всегда готова быть доброй к тем, кто оказывается в беде, конечно, при условии, что она не слишком далеко заходит против желаний Морэя. И даже в этом случае она готова пойти на некоторый риск… как, например, со мной. Когда мы с Робертом полюбили друг друга, она помогла нам пожениться и не позволила, чтобы Морэй узнал о случившемся, пока не состоялась церемония бракосочетания.

— Чтобы он ничего не мог уже поделать!

— О да, ваше величество, он всегда очень изобретателен. Именно поэтому ему удалось добиться теперешнего положения. Он продолжал держать меня узницей в Лохлевене и отобрал у меня состояние. Вот я и осталась здесь, зависящая от щедрости Дугласов, потому что я — жена Роберта.

Мария задумчиво произнесла:

— Удивительно, что я всегда твердо верила в доброту моего сводного брата. И только теперь, когда у меня появилось время для размышлений, я увидела его в истинном свете. Он вновь и вновь выступал против меня; затем, когда он приходил ко мне, его спокойствие с выражением твердой приверженности долгу обманывало меня. Больше этого не будет: одним из моих злейших врагов в Шотландии на сегодняшний день является мой сводный брат, регент Морэй.

— Но у вашего величества есть хорошие друзья. Здесь вас поддерживают Сетоны и Флеминги, а на севере — Хантли.

— Сетоны и Флеминги всегда были моими добрыми друзьями. Мэри Сетон и Мэри Флеминг воспитывались как мои сестры. Потом есть еще лорд Семфил, женившийся на Мэри Ливингстоун, и он тоже на моей стороне.

— Как я понимаю, ваше величество, лорд Семфил и лорд Сетон сейчас находятся неподалеку. Не сомневаюсь, что они частенько поглядывают на вашу тюрьму с материка.

— Эта мысль успокаивает.

— Кроме того, у вас есть друзья за границей.

— Король Франции очень хочет жениться на мне, — подтвердила Мария. — Я уверена, что он помог бы, если бы это было в его силах; но им руководит его мать, Екатерина Медичи, а она никогда не любила меня.

— И все же ни одну королеву не радует видеть другую в плену. Это как удар по королевскому достоинству.

— Если бы я могла написать им… если бы я могла заставить их понять мое унижение и оскорбительность моего положения…

— Я уверена, что красноречие вашего величества вызовет у них сочувствие.

— Но я не могу написать. У меня нет никаких письменных принадлежностей. У меня все отобрали. И у меня нет возможности пересылать письма моим друзьям.

Кристиана молчала. Мария взяла свое вышивание и в сосредоточенном отчаянии принялась за работу.

На следующий день, когда Кристиана зашла навестить ее, она принесла все для письма.

— Ваше величество, только будьте осторожны, чтобы никто их у вас не увидел, — предупредила она. — Но если вы напишете письма, я могу проследить, чтобы их доставил надежный посыльный. За мной не следят, как вы понимаете. Они не боятся, что я убегу. Здесь мой дом и моя семья… а моё состояние уже принадлежит Морэю.

Как быстро возродилась надежда. Королева сидела у окна, глядя на озеро. Она потеряла Джорджа и Вилли, а теперь судьба послала ей Кристиану.