Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 167 – Любовь Сушко

Какой-то бес нашептывал мне, что я должна быть осторожной, только это никак не получалось. Ребенок уже шевелился в моей утробе, я понимала, что очень скоро все должно измениться.

В тот миг, когда он появился на свет все и началось. Мне не нужен был этот ребенок. Он связывал меня по рукам и ногам. Я не могла больше чувствовать себя спокойной и уверенной. Ничего другого мне не оставалась. Наверное, Недоля была на моей стороне. Но что же было делать. Я оставалась бессильной.

Мне показалось, что все мои бабки и прабабки стоят перед мной и наблюдают за тем, что теперь у меня происходит. Я самая последняя из них осталась в этом мире, казалось, что не выживу, все прекратится, и они никогда не простят меня больше.

Только моя дочь. Она появилась на свет, она станет оправданием за все, что в этом мире совершалось. Мы сможем продолжить королевский род, которым они все так гордились, рано или поздно вернуть то, что было потеряно, казалось, что навсегда. Я могу значить для них больше, чем они привыкли думать.

Я была крепким звеном в этой цепи, очень прочным звеном.

Эрик появился в моих покоях только однажды, пробирался, словно какой-то таинственный зверь лесной, внезапно оказавшийся среди людей, да еще во дворце.

Тогда я крепко спала, и в мыслях не было, что он может пожаловать. Я пробудилась внезапно от какого —то толчка и увидела его лицо над собой. Он не произнес ни одного слова, я не услышала ни одного звука.

Как только он оторвался от меня, развернулся и ушел прочь, словно был не человеком, а каким-то призраком.

Я не ощутила даже теплоту его тела. Мне было холодно и противно, и страшно оттого, что произошло с нами. После этого весь мир перевернулся и содрогнулся, а я разрыдалась, когда осталась одна, и все никак не могла успокоиться. Потом, когда слезы иссякли, я просто пришла в ужас, понимая, что произошло что-то очень страшное, мне совсем не нужное. Но его вторжение только подтвердило мою мысль о том, что эти люди не оставят меня просто так.

Мне хотелось отправиться к княгине и поговорить с ней начистоту. Но что-то все время останавливало в те часы, я не знала, хуже или лучше от этого разговора станет. Я так и не смогла сдвинуться с места, решила подождать немного.

Если даже я и встречусь с Эриком, что я смогу от него потребовать?

Приходилось молча ждать развязки, все должно было рано или поздно решиться само собой.

Разговор с княгиней все-таки произошел. Это было в тот день, когда за обедом великий князь пристально взглянул на меня. До тех пор князь Ярослав был так погружен в свои дела, что ничего вокруг не замечал, но теперь все вдруг изменилось. Моя беременность была не при чем, просто иногда он словно бы возвращался в мир.

Он потребовал назвать отца ребенка.

— Не трогайте девочку, она может и не знать этого, – услышала я тихий, но очень твердый голос.

За этими словами мне послышалась угроза. От этого на душе стало совсем скверно. Надо было внять голосу разума. Но бес противоречия жил в моей душе.

— Мне известен отец этого ребенка, единственный мужчина, который был со мной – Эрик, жаль, что он прячется и не может даже признаться в том, что происходит.

Королева вздрогнула. Ярл страшно побледнел, он не ожидал, что я все это произнесу вслух. Князь Ярослав же только усмехнулся, словно он с самого начала ждал такого ответа. Разговор на этом резко оборвался. Я разу поняла, что перегнула палку. Все это было никому не нужно.