Книга Ангел во тьме, страница 35 – Catelyn May

— Я постараюсь поверить , сказал он, — ободряюще улыбнувшись.

— Может быть, у вас есть какая-то работа, чтобы я могла быть здесь полезной, не люблю бездельничать.

— Хорошо, поможешь Анне с нашим небольшим хозяйством, — просто согласился отец Жан, снова удивив Викторию тем, что не стал расспрашивать о причине ее неожиданного ночного появления.

Она весь день старалась отвлечься от тревожных мыслей об Уильяме, простой физический труд должен был помочь забыться на некоторое время. Анна была довольна новой помощницей. Ей до смерти хотелось разузнать о ней все, но видимо кюре настоятельно просил ее пока не лезть к девушке с расспросами.

Виктория ждала своего разведчика, постоянно оглядываясь на любые шаги и шорохи. Но мальчика все не было. Ожидание становилось невыносимым. Что если он не успеет передать Уильяму ее послание, что если тот уже схвачен неизвестными преследователями?

Вечером, когда Виктория сидела за столом вместе с Анной и отцом Жаном в той же уютной кухне, в окно ударился небольшой камень. Ее сердце почти сделало мертвую петлю от этого резкого звука. Она поняла, что к ней пришли. Это мог быть ее маленький шпион или… она затаила дыхание, как будто могла упустить хрупкую, невесомую надежду, на то, что через минуту, наконец, увидит любимые глаза.

* * *

Выбежав на улицу, Виктория сначала никого не увидела, пока чей-то очень знакомый голос не позвал ее по имени. Это казалось невозможным, странным и пугающим, но теперь она осознала, где могла слышать его раньше.

Спустившись с крыльца, она увидела мужчину, курившего неподалеку. Он обернулся, большие карие глаза полоснули по сердцу разрывающей болью.

Лицо его было обезображено страшными ожогами, но даже сейчас Виктория не сомневалась, кто стоял перед ней. Мужчина отбросил сигаретный окурок, затушив его ногой. Оцепенение не позволило ей двинуться с места, пока он приближался, не опуская лица, не пытаясь спрятать свои страшные шрамы. Он даже снял шляпу, словно хотел, чтобы она хорошо все рассмотрела.

Марк Леви — друг ее детства, ее товарищ, которого она давно оплакала, как и всех тех, кого потеряла в кровавой жатве войны, изучал ее своим тяжелым, совсем незнакомым взглядом. Тысячу раз, с того страшного дня, когда их задержали нацисты, она спрашивала себя, удалось ли им с Адамом выжить. Но прошли годы, послевоенная жизнь шла своим чередом, унося прошлое в потоке повседневности. Сейчас же, вместо радости она испытала страх, но не из-за лица, изуродованного шрамами, а потому, что за плечами Марка, казалось стоял, восставший из пепла времени, призрак войны, уничтожившей когда-то их детство и юность.

— Ты меня не узнаешь Виктория? Посмотри, как я изменился, хорошо посмотри, что они со мной сделали, — он горько и зло усмехнулся, — Если бы я не помнил ту девочку с соседней улицы, которая когда-то убегала вместе со мной с уроков, пряталась в сырых подземельях, я бы послал за тобой своих людей. И они бы не стали так мило разговаривать. Но я хочу знать, как ты могла предать нас всех, почему? Ну же, не молчи! Скажи что-нибудь!

Она не могла поверить, не понимала, о чем он говорит, не могла найти силы, чтобы сказать что-либо в ответ. По ее щекам текли слезы, она задыхалась в нервных спазмах, согнулась словно от боли, судорожно обхватив себя руками, пытаясь удержать рвущееся сердце.