Книга Подари мне сердце, страница 64 – Юлия Леонова

— Приехали, барин, - громко произнес Никитка.

Выйдя из экипажа, он подал руку жене. Едва Анна оказалась на мостовой, она выдернула свою ладонь из его руки и, не оглядываясь, стала подниматься по ступеням особняка. Алексей догнал ее и развернул лицом к себе.

— Сударыня, что бы ни случилось, помните, что я люблю Вас. Вы и Саша составляете весь смысл моей жизни, - горячо произнес он.

— Хорошо бы и Вам об этом не забывать, Алексей Васильевич, - ответила Аня, сбрасывая его руку со своего плеча.

В эту ночь Алексею не спалось. Все его мысли были о будущем ребенке, Арсеньевой. Из-за его минутной прихоти на свет появится новая жизнь. И этот маленький человечек, как и его мать, с самого начала обречен на презрение и насмешки света. Чувство вины терзало его. Это он один во всем виноват.

Елена Дмитриевна проснулась довольно поздно, впрочем, как и все в особняке Вяземских. Вечер удался и затянулся до самого утра. Приведя себя в порядок с помощью горничной своей тетки, она спустилась к завтраку.

Княгиня уже была за столом и явно ждала ее.

— Доброе утро, милая, - приветливо улыбнулась она.

— Доброе, тетушка, - вздохнула Елена, усаживаясь напротив нее на отодвинутый лакеем стул.

Вяземская внимательно оглядела свою племянницу. Утреннее платье цвета зеленого яблока удивительно шло ей. Лена выглядела юной и свежей. Даже и не скажешь, что ей уже исполнилось тридцать.

— Как прошел твой разговор с Воронцовым? – поинтересовалась княгиня, намазывая маслом теплую булочку.

— Алексей отказался признать отцовство, - скривилась девушка.

— Но оно и понятно, - заметила княгиня, слегка приподняв бровь, - Он не отец твоему ребенку.

— Что ж мне теперь, всему свету в этом признаться? - поджала губы Лена, - Может, еще и сказать, что его настоящий отец - мой собственный лакей?

— Ну, а если лакей твой проболтается? - осторожно спросила княгиня.

— Не проболтается, - усмехнулась Арсеньева, - его вчера вечером до смерти запороли за кражу.

— Господи, - поднесла ладонь к губам Вяземская, - Лена, как можно… Грех какой…

— Нет у меня пути назад, тетушка, и Вы обещали мне помочь, - подняла глаза Арсеньева, глядя прямо на тетку.

— Я понимаю. Делаю все, что могу. Я вчера и так попросила Михаила отвлечь Анну, чтобы ты имела возможность уладить свои дела. Кстати, ты не заметила? По-моему, он всерьез увлечен ею. Это могло бы быть нам на руку.

— Пожалуй. Только пока не пойму, как это может быть нам полезно?

— Скажем, если соответствующим образом преподнести Анне весть о грядущем отцовстве ее супруга, она вполне может кинуться искать утешения у того, кто проявит к ней интерес и сочувствие, - заметила княгиня, допивая чай.

— Уж не Вы ли собираетесь ей рассказать об этом? – спросила Арсеньева.

— Нет. Достаточно будет и письма без подписи, - пожала плечами княгиня.

— Да уж, тетушка, если бы Вы возглавляли кампанию против Бонапарте, мне думается, мы бы выиграли войну без таких потерь, - ответила Елена, - Ну что ж, спасибо Вам за гостеприимство! Пора мне собираться.

Домой Елена Дмитриевна возвращалась в смешанных чувствах. Отступиться она уже не может, и ей остается только идти до конца. Быть матерью внебрачного сына светлейшего князя - все же не так плохо, и если даже Алексей официально не признает своего отцовства, слухи все равно сделают свое дело.