Онлайн книга «Змей на лезвии»
|
Принимаясь за этот исторический цикл, я собиралась создать один образ женщины – матери государства, то есть Ольги, но получилось их по сути две: мать и бабушка (Эльге Сванхейд приходится свекровью). В одиночку такое дело и не вытянуть. Каждый древний герой стоит на плечах еще более древних исполинов, это мифологический архетип. Откуда это образ взят мной? Прямо из аутентичного источника, почти единственного на эпоху: договора Игоря с греками 944 года, где в первых строках упоминается «Свандра жена Улеба». Как пишут лингвисты, Свандра – русифицированный вариант шведского имени Сванхейд, а Улеб – это Олав (либо Ульв, но это соотнесение возникло в Новгороде на сто лет позже). К нашему огромному сожалению, в списке знатных особ, имевших право отрядить к грекам собственного посла, не указаны ни их должности, ни степени родства. Матерью Ингвара (а Улеба-Олава, соответственно, отцом) назначила я сама, но раз уж фактов все равно нет, это предположение не хуже других. Сванхейд прожила очень долгую жизнь – 73 года, вдвое больше среднего на ее эпоху. Ее сумели пережить только двое из одиннадцати детей, и в каждом поколении только один человек – Ингвар, Святослав, Владимир – заняли в истории видное место. Кстати, именно волей Сванхейд Ингвар стал киевским князем, а Владимир еще в раннем детстве был выведен из лесной тьмы и принят в роду, что и обусловило его дальнейшую карьеру. Так что образ Сванхейд постепенно приобретает черты богини-матери, благой вершительницы судеб, но я, как писатель-антиплан, сама это увидела только по факту. Есть версии, что из имени Свандры берет начало образ Ефанды, принцессы урманской, жены Рюрика, что получило развитие в популярных (народных) исторических версиях. У Татищева в пересказе Иоакимовской летописи сказано: «Имел Рюрик некoликo жен, нo пaче всех любляше Ефaнду, дoчерь князя Урмaнскoгo; и егдa тa рoди сынa Ингoря, дaде ей oбещaнный грaд с Ижoрoю в венo». Путем суммирования различных легендарных сведений было вычислено, что Ефанда – сестра Олега Вещего, и мудрецы фолк-хисторики из Дзена путем умственных выкладок делают выводы, что она была вовсе не из Норвегии, а из древнего рода скифских либо сарматских правителей Тамани. Как и положено таким персонажам-функциям, Ефанда (Едвинда) жила недолго и умерла сразу же, как выполнила свою задачу в родословном сюжете, то есть родила Игоря. В сети о ней много забавного бреда, но весь он берет начало из Иоакима, расцвеченного фантазиями авторов. Почему я строила собственную версию этого образа? По той же причине, по какой моя Эльга имеет очень мало общего с летописной Ольгой. Надежный факт о Свандре один – ее имя и брак с Улебом. Ну и то, что в 944 году она была жива и облечена властью. Иоаким – баснословный летописец XVII века, опираться на него всерьез нельзя. Ну а если о персонаже есть только имя, остается опираться на контекст эпохи, как я его понимаю. И он, кстати, богаче, чем самые буйные фантазии фольк-хисториков. Так что, хоть моя Сванхейд и вымышлена, какая-то такая госпожа в ее время имелась, и Хольмгард (Рюриково городище), самый богатый варяжский городок на севере Руси, для нее весьма подходящее обиталище. Так и весь мой цикл, начитывающий на сегодня уже 24 книги, «пусть вам общим памятником будет» – тем, на чьих плечах мы стоим и о которых ничего не знаем… |