Онлайн книга «Змей на лезвии»
|
Хедин ждал их под навесом у входа в большой хозяйский дом. — Мне стало известно, – сурово начал он, не поздоровавшись, – что вы не те, за кого себя выдаете. Мне известны ваши настоящие имена. Ты – Игмор, да? А это твой брат Добровой, и вы оба – сыновья Гримкеля Секиры. Я знавал вашего отца, когда мы воевали с греками. Игмор и Добровой в изумлении уставились на Хедина: о его давнем знакомстве с Гримкелем они не подозревали, поскольку в пору той войны были малыми детьми, и изумление помешало им отрицать сказанное. — Гримкель Секира был достойный человек и погиб самым славным образом. Не знаю, что вы натворили, и знать не хочу, но мне не нужно, чтобы у меня в доме жили люди, которых… способные принести сюда кровавый раздор. Это не мое дело, и я не хочу, чтобы оно стало моим. А так неизбежно случится, если… вас здесь застигнут люди, которые вас ищут. А они будут здесь уже на днях. — Бабкин внук? – вырвалось у Игмора. – Берислав из Хольмгарда? — Именно так. Прав он или нет, что хочет вырвать ваши сердца, но я не хочу, чтобы это случилось у меня в доме. Убирайтесь вон, куда знаете. Немедленно. Чтобы к рассвету ваши следы уже высохли. Вот вам за работу. Хедин развязал кошелек на поясе и вынул четыре серебряных шеляга, почти новых, еще не стертых. Плата была слишком высока за те полмесяца, что они успели здесь поработать, но Хедин был человек умный: отпустить таких опасных людей с пустыми руками и вынудить их добывать себе пропитание как придется – дороже выйдет. Имея по шелягу на брата, они хотя бы смогут убраться подальше от Силверволла – а там уже будет не его забота. — Держите! – Он протянул шеляги Игмору. – И чтобы я вас больше не видел в моей округе никогда. Игмор взял серебро и сжал в кулаке. Оглянулся на лица своих побратимов: те были мрачны и замкнуты. — Благодарим за щедрость! – не без насмешки ответил Красен и наклонил голову. Игмор тоже слегка поклонился, и они пошли в децкую избу за своими пожитками. С оплатой труда Хедин их не обидел, хотя мог бы выгнать просто так – за обман. Уперев руки в бока, Хедин стоял перед входом в дом и наблюдал, как четверо с тощими мешками за спиной удаляются прочь от его двора. Мысленно он так же хорошо видел на этом самом месте побоище – без чего не обошлось бы, настигни их тут кровные враги. И только норны знают, кто при этом мог бы пострадать из невинных людей. А ему самому пришлось бы оправдываться, что дал приют таким людям. Если Вефрид сказала правду и он правильно ее понял, эти люди виновны в смерти Улеба сына Ингвара или как-то к этому причастны. Улеба Хедин никогда не видел и раньше даже не знал о нем, но тот приходился двоюродным братом Эльвёр, его жене. Женщина не входит в число законных мстителей, и Хедин не желал быть замешанным в это кровавое и позорное дело. А кому не избежать вмешательства – пусть ищет этих ёлсов в другом месте, и да помогут ему дисы-хранительницы. Об этой беседе и ее исходе Хедин не сказал никому, даже Эльвёр. Вефрид за целый день не узнала, что Игморова братия уже не работает со всеми на жатве и ужинать в децкую избу больше не придет. * * * Сорвав четыре травяных стебля, Игмор обрезал с них метелки, чтобы стали примерно одинаковой длины, потом откусил от одного половину, сплюнул и повернулся к товарищам спиной. Сжал четыре стебля в кулаке так, чтобы наружу торчали части одинаковой длины, и опять повернулся лицом. Протянул кулак сперва Градимиру, как самому старшему, ухмыляясь: давай, пытай свою удачу. |