Книга Работный дом, страница 51 – Чжоу Мо

Юань Чуньван был так потрясен, что не мог вымолвить ни слова.

— После возвращения Юнчжэна в столицу жизнь твоей бедной матери была очень несчастна. Император не забрал вас, а она не могла выйти замуж, имея на руках ребенка, поэтому ей пришлось отдать тебя мне.

Женщина дрожащей рукой вынула из-за пазухи четки из сандалового дерева и надела их на руку Юань Чуньвану.

— Возьми эти четки и отыщи своего родного отца, пусть он… – Ее рука безжизненно упала.

— Мама! – Он принялся расталкивать ее, но, как мальчик ни кричал и ни плакал, она лежала неподвижно и не открывала глаза.

Опасаясь, что, доведенные до крайности, беженцы могут съесть тело его приемной матери, мальчик выкопал яму своими маленькими ручонками и похоронил ее.

С израненными в кровь руками он и вошел в столицу.

Попасть в Пекин несложно, но войти в Запретный город – почти невыполнимая задача. После долгих мучений он наконец нашел одного аристократа, который согласился проводить его в императорский дворец.

Этим человеком оказался его родной дядя. Проиграв Юнчжэну в борьбе за трон, он затаил злобу. Встретив незаконнорожденного сына своего брата, он неизвестно из каких побуждений отправил мальчика на оскопление. Так из сына императора тот стал молодым евнухом. Его определили прислужником в дом сводного брата, восьмого сына императора Фухуэя. Юань Чуньван потерял не только свою мужскую сущность, но и четки из сандалового дерева. А без них он не мог доказать свое родство с императором. Но если бы четки и остались при нем, вряд ли император признал бы в юном евнухе своего сына.

Поэтому Юань Чуньван мог только с завистью наблюдать, как император Юнчжэн обнимает его младшего брата, учит того читать и писать.

— Не хочу учиться писать! – капризно воскликнул Фухуэй, отбрасывая кисть в сторону. – Отец, я хочу кататься на лошадке!

С этими словами он слез с коленей Юнчжэна и побежал к Юань Чуньвану с требованием:

— Подставляй спину! Я хочу кататься на лошадке!

Стоящий за спиной Чуньвана старший евнух пригнул его к земле и скомандовал:

— Ты что, оглох? Скорей, вставай на корточки, восьмой принц хочет кататься!

С какой стати? Он тоже сын императора. Юань почувствовал нарастающее раздражение и собирался уже выпрямиться, как вдруг Фухуэй прыгнул ему на спину.

Мальчик смеялся и кричал:

— Отец-император, смотри, я катаюсь на лошади! Но! Но! Быстрее! Скачи быстрее!

— Осторожно, Фухуэй, не упади! – смеясь, предостерегал его Юнчжэн.

Стиснув зубы и низко опустив голову, чтобы никто не заметил выражения злобы и ненависти на лице, Юань Чуньван пополз на карачках.

Будучи любимым сыном императора, Фухуэй жил вольготной и беззаботной жизнью. Он каждый день катался на спине Юань Чуньвана и привык к его покорности и послушанию, думая, что и настоящие кони ведут себя так же. В итоге во время урока верховой езды он упал с лошади.

— Вы, никчемные отродья, как вы смотрели за восьмым принцем? – кричал Юнчжэн, грозно взирая на коленопреклоненных евнухов. – Выпороть их, тридцать ударов палкой каждому!

Досталось и Чуньвану.

Кругом раздавались крики и вопли, палки с глухим стуком ударялись о тела провинившихся, но Юань Чуньван крепко сжал кулаки и не издал ни единого стона.

Ночью он, хромая и подволакивая ногу, пришел в спальню к Фухуэю, пристально посмотрел на спящего принца и улыбнулся.