Книга Граф и гувернантка, страница 112 – Джулия Куинн

Дэниел ободряюще улыбнулся:

— Непременно.

Энн кивнула. При этом выглядела она такой хрупкой и беззащитной, что Дэниелу хотелось сжать ее в объятиях, чтобы защитить от всего мира, но он лишь обнял ее за плечи, увлекая к дому.

— Давай зайдем внутрь, – предложил Дэниел.

Энн ужасно замерзла и наверняка проголодалась, а все остальное он выяснит позже.

— Может, войдем через заднюю дверь? Я… я не могу…

— Ты всегда будешь входить только через парадное! – заявил Дэниел.

— Нет, я не о своем положении… Просто я в таком виде… Не хочу, чтобы кто-нибудь меня увидел, – взмолилась Энн.

Дэниел взял ее за руку и тихо сказал:

— Я тебя уже вижу.

Их взгляды встретились, и ему показалось, что ее глаза стали не таким несчастными.

— Я так испугался, – признался Дэниел и поднес ее руку к губам. – Не знал, где тебя искать.

— Прости, – опустила она глаза. – Я поступила опрометчиво.

Но что-то в ее словах тревожило Дэниела: как-то смиренно и нервно это прозвучало.

— Мне нужно кое о чем у тебя спросить, – сказала Энн.

— Подожди секунду, – заглянув в холл и убедившись, что в доме все спокойно, Дэниел шепотом позвал: – Иди сюда.

Они быстро поднялись по лестнице в его комнату, но, когда дверь захлопнулась за спиной, он растерялся. С чего начать? Он хотел знать все. Кто сотворил с ней такое? Почему она сбежала? Кто она вообще такая? Ему необходимо было услышать ответы прямо сейчас.

Никто больше не посмеет с ней так обращаться, пока он жив и дышит. Но сначала ей необходимо согреться, поесть, успокоиться, осознать, что она в безопасности. Дэниел бывал на ее месте и знал, каково это – скрываться от преследования.

Он зажег лампу, потом другую: им обоим был необходим свет.

Энн неловко переминалась с ноги на ногу у окна, потирая запястья, и впервые за вечер Дэниел смог рассмотреть ее как следует. Он видел, что девушка растрепана и напугана, но испытывал такое облегчение от того, что она нашлась, что не придал этому значения. Подобранные с одной стороны волосы на другой стороне свисали спутанными прядями, пуговица на пальто отсутствовала, на щеке – свежий кровоподтек, при виде которого Дэниел пришел в ужас.

— Энн, – старательно подбирая слова, чтобы не обидеть, начал он, – сегодня… тот, кто это сделал…

Дэниел не мог заставить себя произнести эти слова, они застряли в горле, источая привкус кислоты и гнева.

— Нет, – ответила Энн, стараясь держаться с достоинством и спокойствием. – Хотел, но я сумела его ударить и убежать. – Энн отвела взгляд и зажмурилась в попытке прогнать воспоминания. – Он сказал, что… Сказал…

— Не надо, все потом! – поспешно перебил ее Дэниел, но Энн покачала головой, и в ее глазах вспыхнула решимость, с которой он не осмелился спорить.

— Я хочу рассказать тебе все.

— Позже, – мягко возразил Дэниел, – после того как примешь ванну.

— Нет, ты должен меня выслушать. Я пробыла на улице несколько часов и вот-вот лишусь сил.

— Энн, тебе не нужны силы, чтобы…

— Меня зовут Аннелиза Шоукросс, и я хотела бы стать твоей любовницей!

Пока Дэниел ошеломленно смотрел на нее, не в силах поверить собственным ушам, она добавила:

— Если ты меня примешь.

Почти час спустя он стоял у окна и ждал, пока Энн выйдет из ванны. Она не хотела, чтобы кто-нибудь узнал о ее присутствии в доме, поэтому пришлось спрятать ее в гардеробной, пока лакеи наполняли ванну горячей водой. И вот теперь она все еще лежала в воде, ожидая, когда ее тело избавится от холода и страха.