Книга Анчутка, страница 176 – Алексей Малых

— Да хоть оленя сохатого, мне нет сегодня интереса, — Мир глаза прикрыл, кимарит.

Извор из седла выскочил, на жирной овсянице развалился, что ковром всё застелила, руки-ноги раскинул, солнцу лик подставляя, не желая в тени прятаться.

— Переживаешь? — с хитрецой Извор брата испрашивает.

— Чего? Что без добычи останусь? Олексич обещал двух коз приберечь. Одной с тобой поделюсь — не опозоримся.

Извор руку вскинул над собой, пальцами лучи солнечные плетёт. Резко сел, к Миру притянулся, к плечу его прильнул:

— Да что мне охота?! Я тебя о Сороке спрашиваю. Слышал, что она уже как два дня из повети своей не выходит.

— Она столько ночей не спала, на вратах вместе с дружинниками своего Храбра дожидалась; в клеть не шла, куда отец её отослал, в повети ночевала, а уже холодно по ночам, вот верно и прихворала.

— А что не пошёл к ней? Согрел бы. — Мир брата таким взглядом одарил, что понятно стало, что ему не до веселья. — Неужто ревнуешь? — скобрезностью задевает, своего допытывается.

— К Храбру что-ли? Не ревную. Я, может даже, и благодарен ему, что он с ней всегда рядом был.

— Уведёт ведь её он у тебя, — подначивает.

— Если раньше с ним не пошла, значит не люб он ей.

— А с чего взял, что она с ним не ложилась? Ааа, — протянул на того покосившись да и смекнув. — Федька, что ли приглядывает?! Ну ты и жух (пронырливый человек)… Только ведь то, что ты ей люб тоже неизвестно?.. Или вы уже?.. Ну-ка, признавайся, уже заломал что-ли? В книговнице тогда? — прям оживился весь, готовясь выслушать братовы откровения, да реготнул, когда Мир на того кулак нацелил. — Ну-ну! — успокаивает буйный нрав, понимая, что обидел своими домыслами, что не просто там какое-то пустое увлечение, а серьёзные чувства в душе брата зародились.

— Венчание скоро, не хочу чтоб слухи лишние поползли, да и по отношению к невесте то не честно, — вроде оправдывает свою нерешительность, а потом добавил, отвечая на вопрос, — Не ревную её, от того что доверяю.

Ещё за разговором Извор заметил, что кто-то между деревьями маячит, то в одну сторону вильнёт тонкая свита (лёгкая верхняя одежда, одевающаяся через голову), то в другую, и самое главное тихомолком — ни звука не издаёт, поэтому ни сразу и обратил на этого загонщика внимания. Только когда за тем заметил кабанчика нехилого, понял, что отрок от него драпает.

— Глянь, — брата в плечо торкает, от смеха на траву повалился. — Подсобим может, хоть чеканы (маленький боевой топор) кровью омочим для наглядности.

А ловчий из лесу выскочил, к берегу бежит, за ним следом вепрь несётся, и даже видно, что догоняет.

— На Федьку похож, — Извор в стремя встал, приглядывается.

— Федька вон у реки, — Мир уже со своего коня тому в сторону указует, руку ко лбу приставил, чтоб лучше разглядеть. Увидал его возле табуна, Извору на него махнул. — Он коней с водопоя назад ведёт.

— Верно и нам пора возвращаться, солнце уже к земле клонится, лишь кабанчика завалим, — Извор Буяна к речушке правит на ходу лук из налучня достаёт, стрелу прикладывает, а сам глазами дичь ведёт.

Мирослав брата своего нагнал, сам стоит в стремени, всё пытается рассмотреть этого ловчего, уж сильно знакомым он ему кажется.

— Смотри какой прыткий отрок, хряк его никак догнать не может, — Извор за салками тоже наблюдает.