Книга Асины журавли, страница 86 – Елена Чумакова

В штаб-квартире РОВС из всех офицеров только Соколовский с самого начала событий понимал, что произошло. Незадолго до этого происшествия он получил задание отслеживать перемещения своего начальника, извещать о планируемых им мероприятиях. Накануне Максим Игнатьевич сообщил о предстоящей панихиде, на которой должен был присутствовать Кутепов. Соколовский не знал о готовившемся похищении, но сразу догадался, куда исчез генерал.

Ася пришла в ужас! Ведь это она передала накануне шифровку о предстоящей панихиде. Супруги переживали вполне искренне, чета Кутеповых была в числе их друзей. Больше того, Александр Павлович был шафером на их венчании в Галлиполи! Они ходили к Кутеповым в гости, принимали у себя. Не по своей воле они оказались замешанными в похищении генерала, но что-либо предпринять, не разоблачив себя, не могли.

Обсуждали случившееся, как обычно, в машине, где их никто не мог подслушать.

— Мне страшно, – плакала Ася. – И Александра Павловича жалко. Как все плохо! Что делать?

— Что делать? – муж был собран, только побелевшие костяшки пальцев, сжимающих руль, выдавали нервное напряжение. – Идти до конца. Для нас обратного хода нет. Как говорят китайцы, сидеть верхом на тигре опасно, но пытаться слезть еще опаснее. Главное сейчас – не прятаться, вести себя естественно. Ты вот что… поезжай-ка с визитом к жене Кутепова, вы ведь подруги. Будет странно выглядеть, если ты не навестишь Лидию Давыдовну, это может вызвать подозрения. Постарайся ее утешить, поддержать. Ну, ты сама знаешь… по-женски.

И Ася поехала. Она обнимала за плечи плачущую Лидию Давыдовну, утешала, уверяя, что все будет хорошо, и Александр Павлович обязательно найдется. Она рассказывала, что видела генерала во сне, с ним все хорошо. И Кутепова верила ее дрожащим рукам, слезам сочувствия, не подозревая истинной причины переживаний подруги.

Но генерала больше никто не видел живым. Сыскной полиции скоро стало ясно, что ниточки расследования ведут в посольство СССР, что генерал похищен агентами советской разведки. По политическим соображениям дело замяли, дабы избежать международного скандала.

Гораздо позже выяснилось, что похищение не совсем удалось: генерал умер от передозировки хлороформа еще до того, как машина достигла Нормандского берега. На советский пароход погрузили бездыханное тело, от которого никакими пытками ничего не добиться.

Между тем, руководителем РОВС стал генерал Евгений Карлович Миллер. Не потому, что он рвался на эту должность, а по той простой причине, что был первым заместителем Кутепова. Это был человек с хорошим образованием, опытом работы атташе в посольствах нескольких европейских стран, в годы войны он командовал корпусом. К генералу Соколовскому Миллер относился с уважением, поэтому, когда в штабе начались неизбежные в такой ситуации перестановки, назначил его одним из своих заместителей. На репутацию Соколовского не легло даже тени подозрения, поскольку в день пропажи Кутепова он был у всех на глазах, на панихиде в храме «Союза галиполийцев».

Вскоре в голове Максима Игнатьевича созрел дерзкий план: он предложил Миллеру себя вместе с женой в качестве агентов для заброски в СССР.

Париж в октябре пахнет жареными каштанами. Их жарят на больших круглых жаровнях прямо на улицах и тут же, еще горячими продают в бумажных кулечках. Максим Игнатьевич припарковал свой Citroen возле дома №29 по рю де Колизе, первый этаж которого занимал штаб РОВС. Выйдя из машины, он глубоко вдохнул аромат жареных каштанов и опавшей листвы, помедлил минутку и решил немного прогуляться перед началом рабочего дня по умытой ночным дождем улице. Из открытого окна доносились звуки аккордеона, дополняя свежую прелесть осеннего утра. В пока еще зеленых кронах деревьев проглядывали первые пожелтевшие листья, как серебряные нити в каштановых локонах жены – свидетельства неизбежного увядания. Соколовский был значительно моложе Аси, для него эти звоночки еще не прозвучали, и он с сочувствием относился к стараниям жены удержать свое женское очарование. Бодрым шагом, дыша полной грудью, Максим Игнатьевич обошел квартал и в отличном настроении вошел в штаб-квартиру.