Онлайн книга «Будь со мной»
|
на большой скорости белый "ягуар", окатив меня с головы до ног мутной водой из лужи. Я ахнула и медленно-медленно, стараясь глубоко дышать, опустила глаза. И замерла в немом потрясении - мои блузка с пиджаком и юбка были мокрыми насквозь. Пакет с едой я выкинула в ближайшую урну. В кабинет директора я вбежала вся мокрая - в прямом смысле этого слова. Наталья Дмитриевна, стоявшая недалеко от двери и что-то рьяно вдалбливающая моим коллегам, замолкла и, оглядев меня с ног до головы, не преминула заметить: — Никакой дисциплины в этой школе. Дети опаздывают, учителя опаздывают. Постеснялись хотя бы приходить в таком виде, Александра Юрьевна. — Извините. Я могу… — Ох, уж сядьте наконец, - нетерпеливо махнула она рукой. - Не хватало еще всем ждать, слушая ваши объяснения. Семеро одного не ждут, - добавила она. Коротко кивнув, я сняла мокрый пиджак, прошла к свободному стулу и села, положив пиджак на колени. Настроение было препаршивое. Открыла блокнот и украдкой, из-под ресниц, оглядела коллег. Все увлеченно что- то строчили в своих тетрадках, Инна Эдуардовна, шепнув мне "Держись. Она сегодня чрезвычайно злая", тоже уткнулась в свои записи. И тут я заметила директора - раньше я видела его пару раз и то мельком. Он сидел, практически развалившись в огромном кожаном кресле, с некоторой ленцой внимая разглагольствования Натальи Дмитриевны и крутя в длинных нервных пальцах карандаш. Дорогой костюм, золотые часы, идеально ухоженные волосы (уж не в салоне ли постарались?), чертовски мужественное лицо с непривычно яркими для мужчины голубыми глазами. Хм. С подобной внешностью да на страницы глянцевых журналов или в каких- нибудь романтических мелодрамах сниматься, но уж никак не сидеть в этом душном кабинете и слушать нескончаемый поток недовольства и замечаний от вездесущей Натальи Дмитриевны. Словно что-то почувствовав, Максим Георгиевич выпрямился, обвел скучающим взглядом присутствующих и остановился на мне. Наши глаза встретились. Я покраснела и перевела взгляд, сосредоточившись на кусочке неба за окном. Но он по-прежнему смотрел на меня, я видела это краем глаза и скорее машинально, чем осознанно провела по волосам, проверяя все ли с ними порядке. Может у меня лицо в чем-то испачкано? Я так торопилась, что толком и в зеркало- то не посмотрела. Вот черт! Он сейчас дырку на мне прожжет. И угораздило же меня оказаться на пути того безбашенного гонщика! Все люди как люди, а я… Я постаралась незаметно окинуть взглядом все еще мокрую блузку, дабы убедиться, что ни одна пуговичка на ней самовольно не расстегнулась, и в ужасе закусила губу: сквозь тонкую ткань бесстыдно просвечивался черный бюстгальтер и все, что он не прикрывал - а грудь у меня не маленькая. Блин. Вот оказывается куда он уставился! Ну конечно. На что же еще ему смотреть? Слезы выступили на глазах помимо воли - настолько ничтожной и жалкой я себя почувствовала. И вопреки всякому здравому смыслу, так как Наталья Дмитриевна ненавидела, когда - неважно кто и каким образом - прерывал ее речь, я схватила лежащий на коленях пиджак, накинула его и как можно теснее запахнула на груди его края. — Вы что-то хотели сказать, Александра Юрьевна? - все же заметила мое движение Наталья Дмитриевна. - Мы слушаем вас. |