Онлайн книга «Её Сиятельство Графиня»
|
Что же, такова жизнь. Случаются огорчающие вещи, но пока… Пока всё было прекрасно, и Лев собирался растянуть это «прекрасное» на подольше. Катерина чувствовала себя хозяйкой вечера. Они пригласили в основном друзей — её и его, потому не было смысла скрывать отношения. Будущая Толстая — она, в отличие от Льва, в это верила — не стеснялась показывать привязанность. Лев же стоял в сторонке вместе с Демидом, изредка награждая тех или иных гостей вниманием. Лизавета, как и обещала, прибыла с братом. Лев тут же поспешил навстречу, поймав смурый — наигранно смурый, как понял опытный писатель — тёмный взгляд. Илья Мирюхин, очевидно, нацепил роль цербера. А ведь последний раз Лев видел его ещё безбородым юнцом! Эк возмужал! Восточный красавец! Демид сразу заметил Лизу, словно у него имелось какое-то связанное с ней чутьё. Она выглядела совершенно чудесно в бардовом расшитом русском платье. Платок её и вуаль — сегодня светлые — удерживал венец. В нём блестели чёрные ониксы и французский гагат — искусно гранённый, отчего, казалось, он скрадывал весь свет. При взгляде на Лизу сердце наполнялось неописуемой гордостью за русскую культуру, одевшую женщин так величественно и так чарующе сдержанно. Как прекрасно она была, степенная; не идущая — плывущая по паркетному полу. Демид засмотрелся, но не он один — отчего такое зло взяло, что в глазах потемнело. Спокойно! Не твоя она. Сам решил. Спокойно! Высокие столики — чтобы дамам в неудобных платьях не приходилось садиться или вставать каждый раз, как понадобиться отойти на разговор, прогулку или потанцевать — играли Демиду на руку. Он всем весом опёрся на стол и смуро следил за тем, как к графине подходит то один, то второй, то третий жаждущий с ней разговора. Покуда с Лизой был Мирюхин, Демид чувствовал себя почти спокойно, но тот вдруг совершенно безответственно оставил её — ушёл на разговор с незнакомым тюрком, товарищем Льва. — Поди к Лизе, — буркнул Демид Льву, когда очередной кавалер излишне задержался у стола графини. Лев даже и не поверил услышанному поначалу. Ладно, слуг посылал, но чтобы хозяина вечера? — Шутишь? Сам поди! — Не могу, — процедил князь. — Чего это? — Нога болит. — Ты кому брешешь? — Иди давай! — И что мне ей сказать? Извольте не злиться, тут один хрыч недоволен вашему общению с другими хрычами и меня подсылает их от вас, аки мух назойливых, отгонять? — Не ёрничай. Справься о вечере — всё. Иди! Лев закатил глаза, но просьбу выполнил — ему вовсе было нетрудно, даже весело — пошёл к Лизе. Демид со стороны понаблюдал за их коротким разговором. Вскоре Лев вернулся, довольный, снова встал рядом с князем. — Мог и подольше, — отметил Демид. — Она не в духе. — Что-то случилось? — Потише, потише, беспокойный отец. Не знаю. Со стороны всё с твоим цветочком ладно. — И как понял тогда, что не в духе? — Наитие, — не выдержав столь дотошного собеседника, Лев поспешил к Мирюхину и турку — там и остался. А Лиза снова была не одна. Демид оглянулся, размышляя, кого бы подослать к ней в этот раз. Мимо пробежала Катя, но он не успел её поймать, потому оставалось лишь молча следить со стороны. Может, он накручивал себя, но собеседник Лизе не нравился — как-то нервно она сжимала сложенные на столе кулачки. Изредка она опускала плечи — устала. Озиралась. Кажется, разговоры её утомили. Наверняка хочет домой. |