Онлайн книга «Таточка»
|
Командир разрешил сделать короткий привал, передохнуть, освежиться в прохладной водичке. Таточка, взмолилась небесам, за этот короткий привал. После того как она освежилась в прохладном озере, ей стало немного легче. Мать дала ей лекарство, которое, как обычно, стало действовать только спустя какое-то время. Таточка осознала, что организм человека – это удивительный механизм. Он может чувствовать себя на грани сил, но стоит появиться искрометной мысли, как внутри тебя словно калеными клещами вырывается ощущение надежды, вытаскивая тебя из пучины отчаяния. И вот, та неизменная сила, которая позволяет нам выживать даже в самых трудных ситуациях, пришла на помощь Таточке. В ее сердце снова зажглась искра надежды, и она с новой силой была готова продолжить путь, помня о том, что несмотря на все трудности, жизнь продолжается, и она должна бороться за нее. — Собираемся! На открытой местности нам не стоит долго находиться. Ещё километров десять, больше остановок делать не будем. Берегите силы, старайтесь не разговаривать. До Ерзовки осталось километров шесть. Если бы не сложившиеся обстоятельства и преследующий дух войны и смерти, можно было бы подумать, что это прогулка по лесу. Да, многим так и казалось, после блокадного Ленинграда, казалось, что вот-вот и скоро будет новая жизнь. Свежий лесной ветерок, пение птиц, трепыхание листвы, придавало сил и надежду. Таточка шла и любовалась зеленью, поглаживала деревья и улыбалась своим прежним страхам и некрасивым мыслям, которые преследовали ее еще совсем недавно. «Всё не так плохо… Мне грех жаловаться. Я, в конце концов жива, и иду своими ногами.» В голове опять возникали мысли о фронте, об отце. Как он там? К обеду они добрались до железнодорожной станции 281 км, там же находился посёлок Ерзовка. На небольшом вокзале уже скопились люди с других поездов. Им сказали, придётся ждать примерно сутки следующего поезда. Полагалось два обеда и один паёк. Каждому вновь объясняли, чтобы не съедали всё за раз. Таточка ещё раз поблагодарила бога за то, что они не поехали зимой. Летом всё-таки не так тяжело передвигаться, и нет такого риска промёрзнуть. — Мы можем попроситься к кому-нибудь переночевать. – предложила Анна Фёдоровна. — Нет, мамуль, я боюсь, пропустим поезд. Давай немного прогуляемся, тут недалеко озеро, говорят. — Ночь холодная будет. Тебе сейчас не надо остужаться. — Ма, ну хуже будет, если мы тут застрянем… Они пошли прогуляться по посёлку, дошли до озера. На берегу резвились ребятишки. Вот она, жизнь… Девушка с тоской смотрела на детвору, опять вспомнились страшные дни в Ленинграде, смерть Алексея. А ведь у них могли бы быть дети. Мать как будто почувствовала, о чём думает дочь, погладила по руке. — Всё обязательно образуется. Вот увидишь, война закончится, доучишься, выйдешь замуж… — Да, мамуль. Только вот Алексея не вернуть, да и других сколько полегло и ещё умрёт… — Алексея я сама часто вспоминаю… Я же тебе не рассказывала, как познакомилась с твоим отцом? — Нет, расскажи… — Сядем в поезд, расскажу. Ты уже взрослая, поймёшь. Под вечер накрапывал дождик, и они направились в одно из ближайших сел. Хозяева встретили их с радушием, согласившись предоставить приют в своем скромном сеновале, поскольку их дом был невелик и для гостей не хватало места. В этом теплом укрытии, устланном запахом свежей травы, их ожидала ночь, обрамленная тишиной и чарами уютного укрытия. Душистое сено стало для них небесной периной, раем, в противовес неумолимым каплям дождя, что настойчиво стучали в жестяную крышу вокзала, где они могли бы провести ночь. Они чувствовали себя благословленными, что случай свел их с этим добрым семейством, что вновь напомнило о теплоте человеческого сердца, способного растопить холод одиночества. |