Онлайн книга «Таточка»
|
Через три недели она получила письмо, как и обещали, прислали место захоронения Лёши. * * * Снова усилились обстрелы и бомбардировки. Противник занял позиции у Пулковских высот и возле Стрельны, откуда вел огонь по городу, в результате чего снаряды падали на определенные участки улиц. На стенах начали появляться надписи «граждане! ПРИ АРТОБСТРЕЛЕ эта сторона улицы наиболее ОПАСНА», угрожая северным и северо-восточным направлениям. Наступала зима. Декабрь начался с полной остановкой подачи электричества и водоснабжения. Город погрузился в непроглядную темноту и холод. Единственный вид городского транспорта – трамвай – перестал выполнять свои функции, оставляя людей без возможности передвижения. Уличная температура поднималась выше 30, а местами и 40 градусов мороза. Тем, кто имел в домах буржуйки или другие отопительные печи, можно было считать удачливыми. Но даже им приходилось заботиться о топливе. Как же греться, если запасы дров иссякли? В ход шли остатки мебели, затем книги… Таточка с мамой стали жить в одной комнате. Согревались в обнимку на одной кровати. Окна заколотили изнутри, чтобы больше сохранить тепло, да и не было особого желания смотреть на улицу. Так и сидели в темноте, согреваясь вечерами у буржуйки и предаваясь грустным мыслям о будущем… Запасы пищи всё ещё были в наличии. Благодаря предвидению Анны Фёдоровны, которая всегда любила всё тщательно рассчитывать, они не столкнулись с голодом. Того, что выдавали по карточкам, едва хватало, чтобы с утра подняться с постели и подготовиться к работе. На предприятии функционировала столовая, но даже там обеды были скромными и скорее служили лишь для того, чтобы обмануть голод. А к вечеру голод становился весьма ощутимым, и именно в эти моменты запасы приходили на помощь. — Мамуля, ты у меня золото! – наслаждаясь похлёбкой из чечевицы, Таточка влюблённо смотрела на мать, удивляясь в очередной раз её умению рассчитать продукты так, что им не приходилось жевать кожаные ремни. – Очень вкусно, спасибо. Девушка с удивительной жизнестойкостью, упорно гнала от себя мысли о прежнем изобилии. Война внесла свои жестокие коррективы в их жизнь, превратив широкий стол, ломящийся от угощений, в скромную доску, на которой с трудом умещалась скудная вечерняя трапеза. Мама, женщина с непоколебимой верой и мудростью, внушала ей с самого детства ценность каждого крошечного кусочка хлеба, каждой капли молока. "Благодарность, Таточка, – повторяла она, – это не просто слова, это состояние души, которое помогает пережить любые трудности". Таточка старалась следовать материнским заветам, но по ночам, когда тишина проникала в холодный дом, воображение рисовало ей картины прошлого: румяная, с хрустящей корочкой курочка, золотисто-коричневая, словно солнышко, на большой фаянсовой тарелке. Рядом – нежное, тающее во рту картофельное пюре, приготовленное на натуральном сливочном масле, с таким тонким, едва уловимым вкусом свежего молока. И, конечно же, нянюшкины пироги – целая коллекция ароматных шедевров: с кислыми яблоками из отцовского сада, с сочной земляникой, собранной на солнечной полянке, и с терпковатой черникой, привезённой из глубокого леса. Каждый пирог был произведением искусства, с тонким слоёным тестом, наполненным домашней начинкой, пахнущим теплотой и любовью. Таточка помнила, как няня рассказывала сказки, пока девочка уплетала за обе щеки эти сладкие лакомства. Теперь эти воспоминания были словно бледные тени, но они согревали её душу в холодные военные ночи. "Война закончится, и мы опять будем сыты", – шептала Таточка, засыпая, держа в руках застиранный, но дорогой сердцу кусочек полотенца, напоминающий о беззаботных временах. Эта фраза стала её молитвой, её надеждой на светлое будущее, на возвращение к простым, но таким важным радостям жизни. Даже в самых трудных условиях она умудрялась находить красоту в маленьких вещах, помня материнские слова о важности благодарности и веры в лучшее. Война забрала многое, но не способность Таточки ценить жизнь и мечтать о будущем, наполненном ароматами жареной курочки и нянюшкиных пирогов. Она знала, что эти вкусы и ароматы снова заполнят их дом, как только наступит долгожданный мир. И это знание дарило ей силы переживать все лишения и трудности. В её сердце жила надежда – яркая и непоколебимая, как солнышко после долгого дождливого дня. |