Книга Точка росы. Версия 1.1, страница 51 – Джо Смит

— Кто он? — задала я вопрос Ки по пути от нашего первого Оазиса ко второму. — Хэл. Ты знаешь его, Ки. Расскажи мне о нем.

Наш караван уменьшился на один фургон. Три человека остались в Оазисе 115. Сколько времени ушло у нас, чтоб наладить процесс регенерации? Я не считала. Все мои мысли были о Хэле.

— Он рассказал, как искать источники в пустыне, — Ки указал на кувшин. — Полей мне на руки, пожалуйста.

— Откуда у него такие знания? — я полила воду тонкой струйкой. — В смысле он научился искать влагу там, откуда он пришел. Но зачем ему это?

Мне вспомнился большой дом, мягкая его атмосфера, которую, казалось, ничто не может потревожить.

— Он начал интересоваться правилами выживания в пустыне незадолго до того, как их с семьей увезли в криоцентр, — Ки вытер руки. — Хэл не очень много рассказывает о себе. Это болезненные воспоминания.

— Я видела кое-что, — я отставила кувшин в сторону и уселась на лежак, — на его Диске. Его семью, сестер, кажется. Весь тот мир. Он был прекрасен. Но что все это означает?

Ки медленно опустился рядом со мной.

— Он не отсюда, — произнес, он глядя на меня. — Точнее не из нашего времени. Он как странник, который потерял дорогу домой, — Ки сделал паузу и продолжил: — Я нашел его в пустыне, ты, вероятно, видела это на его Диске.

Он улыбнулся. Во взгляде плыла безмятежность. Ки будто смотрел на мир через какую-то неведомую людям призму.

— Предложил ему остаться с нами, но он отказался, уж не знаю почему. Я его не держал. У каждого из нас свой путь, и только мы сами знаем, как и с кем на его проходить, — Ки вздохнул, глядя на пески за окном. — Хэл решил идти сам.

— И связался с Падальщиками, — хмуро дополнила я.

— Не суди его, Тэсс, — Ки аккуратно нагнулся ко мне. — Никто не может сказать, как долго ты продержишься, прежде чем одиночество сломает тебя, — и добавил, с ударением на каждом слове: — Его вместе с семьей заморозили более двух сотен лет назад.

— Вот как? — едва сдерживая рвущую сердце тоску, произнесла я. — Мне не удавалось подсчитать точную дату. А тебе?

Сердце у меня забилось как бешеное. Хотелось столько сразу спросить. Как вообще он умудрился пережить потерю своего мира? Как получил то имя, которое было выжжено на его запястье? Его ли это настоящее имя? И если нет, то, как звали его в том теплом, солнечном мире, полном цветов, ароматов и красок? Но Ки остановил мой поток мыслей простым замечанием.

— Разве это важно? — Ки пожал плечами и продолжил: — Старый мир рушился. Не могу сказать точно, с чего все началось. Знаю только, что резко сократилось количество воды на планете. Начали гибнуть тропические леса. Количество кислорода в атмосфере снизилось.

Это звучало странно для меня. То, что Ки говорил. Явно не хватало знакомой с детства важной части вот таких рассказов. Я задумалась, вспоминая. Хотелось просто отвлечься от всех этих смущающих дат и чисел.

— Я слышала, что весь этот мир появился из-за гаснущего солнца, — вставила я осторожно.

— О, это старая теория. Всегда проще найти виноватого, — Ки хмуро посмотрел в окно на плывущую мимо пустыню. — У этой версии достаточно много приверженцев. Они считают, что солнце действительно гаснет, убивая нас напоследок. Есть ещё одна, более расширенная версия. Что кто-то сжигает его, используя энергию горения в своих личных целях. Но я не верю в это. Не может существовать настолько безумного и яростного существа во вселенной.