Книга Десять дней в мае, страница 46 – Джо Смит

— Нет! – разворачиваю Уилла, провожу пальцами по линии шрама. – Ты прекрасен! И я люблю тебя!

— Меня ли? – брови сходятся на переносице. – Не Гамлета? Не Ромео или Тибальда? Или Оберона? Алиса!

— Их тоже, но только потому что за каждым из них ты! Ты вдохнул в эти строки и имена жизнь! И в меня! Боги, ты меня выправил, починил, Уилл!

Ты не отталкиваешь меня, и это уже что-то. Только поэтому я продолжаю, только поэтому переплетаю наши пальцы. А еще потому, что ты так сильно нужен мне, и чтоб кожа к коже. И расстояния между нами – меньше.

— Я знаю, знаю теперь какой ты. Вижу, как ты сменяешь маску за маской, борясь с этим бесконечным рефреном образов. Как хочешь, чтоб кто-то наконец-то увидел тебя, настоящего. Как закрываешь себя штормами, так, чтоб никто не пробился сквозь них. И как загорается твой взгляд, лазурный, самый прекрасный в мире, когда ты приоткрываешь этот занавес! И снова вытесняется острым, режущим душу в клочки штормом…

Слова рождаются сами, я даже не задумываюсь над тем, что говорю сейчас. Просто прокручиваю все эти майские дни в памяти.

— Я давно должна была сказать это! Вернуться. Знаю. Но я готова говорить это бесконечно. Тебе. Не Гамлету, не другим. Только тебе, Уилл!

Сжимаешь мою ладонь. Неужели?

— Я хочу, чтоб ты знал, что не один. – Пальцы мои холодеют мгновенно, когда я касаюсь нескольких крупных шрамов, узором струящихся теперь по его широкой ладони.

— Правда? – Уилл приподнимает мое лицо к своему, обхватывает, проводит большим пальцем по щеке.

Киваю. Мне пока больше нечего ему сказать. Просто надо перевести дыхание. И ждать его вердикта.

— Пойдем, – шепчет горячо, склонившись к моему уху.

Обвивает талию, сжимает легонько, но требовательно. Меня обдает его огнем.

— Сью, – как ни в чем ни бывало, абсолютно ровно и буднично, кивает помощнику режиссера, – Вы отлично отработали!

— О, Уильям! Это все ты! Ты волшебник.

— Мы с мисс Волковой задержимся. В кафе на встречу немного опоздаем.

Сью улыбается так, будто все-все знает. А я прячу лицо на плече моего любимого.

— Конечно, детки. Мы вас прикроем.

* * *

Снова проход лабиринтами, по которым струится туман. Мерцают крылышки фейри и изумрудные огоньки.

— Ты любишь меня? – Уилл резко останавливается, прижимает меня к стене у двери в гримерную. Та распахивается, выпуская хоровод смеющихся феечек и древнегреческих юношей.

Провожаю их взглядом. Юноши совершенно недвусмысленно обнимают своих подруг.

— Сегодня сама ночь дышит любовью. Чувствуешь, Алиса?

Обхватываешь лицо ладонями, притягиваешь к себе, ловишь мои губы своими.

— Ты любишь меня? Хочешь меня? Без всего этого, Алиса. Здесь и сейчас? Потому что я устал быть частью своих героев.

— Я хочу, чтоб здесь и сейчас меня любил ты, Уилл. Чтоб здесь и сейчас мы сбросили все маски…

— Да будет так!

Мы снова выходим за кулисы. Уильям твердо ведет нас на сцену. Делаю шаг – и растворяюсь в живом волшебстве.

— Здесь невероятно, – шепчу восторженно. – И я знаю, что это придумал ты.

Уилл улыбается. Притягивает меня к себе.

— Иди за мной.

А как я могу иначе?

Пробираемся через зеленые заросли, кусты. Дотрагиваюсь до цветов. Настоящие!

— Закрой глаза. Доверься мне, Алиса.

Подчиняюсь, не проронив ни слова. Уильям поднимает меня. Остаётся только расслабиться и устроиться поудобнее в его руках. Слышу его шаги по дереву подмостков. Еще мгновение – и он усаживает меня. Чувствую на лице серебро лунного луча. Снова шаги. Замираю.