Онлайн книга «Мария I. Королева печали»
|
— Император не желает, чтобы хоть что-то встало на пути этого альянса. И сейчас вашему величеству необходимо не спускать глаз с леди Елизаветы. Мария согласилась. Елизавета безумно раздражала ее, и Мария отыгралась на ней, уравняв младшую сестру с их кузинами, герцогиней Саффолк и Маргарет Дуглас, ставшей женой графа Леннокса, впрочем к кузинам Мария по-прежнему испытывала теплые чувства. В довершение всего Мария запретила придворным без высочайшего разрешения посещать Елизавету. Бедняжка в очередной раз попросила дозволения удалиться в свои поместья, но Мария ей отказала. * * * Озабоченная неразрешимыми вопросами и проблемами, Мария не забыла про леди Джейн. В ноябре Джейн, ее муж Гилфорд Дадли, его братья и архиепископ Кранмер должны были предстать перед судом по обвинению в государственной измене. Мария настояла на том, чтобы суд был честным, свидетели могли говорить свободно, а лорд – главный судья вершил правосудие непредвзято. — Мне бы хотелось, что все доводы в пользу обвиняемых были услышаны, – заявила она. Все были признаны виновными и приговорены к смерти. Джейн приговорили к отсечению головы или к сожжению живьем, по выбору королевы, на Тауэр-хилле. Мужчин приговорили к повешению, потрошению и четвертованию. Марии не хотелось приводить в исполнение приговор в отношении Джейн и Гилфорда, поскольку она намеревалась быть милосердной в пику тем, кто обвинял ее в глупости. До поры до времени они останутся в Тауэре, а когда настанет подходящий момент, Мария подумает о том, как их освободить… * * * Вскоре после этого в зал для приемов в Уайтхолле во главе делегации членов обеих палат парламента явился Гардинер и, встав перед Марией на колени, передал ей петицию с призывом отказаться от идеи брака с иностранцем и найти себе мужа-англичанина. Когда спикер парламента начал с расстановкой зачитывать текст заявления, Мария сердито его прервала: — Парламент не уполномочен использовать подобный язык в общении с королями Англии! Монархи сочетаются браком с кем захотят. Я хорошо помню данную мной клятву при коронации и всегда ставлю интересы своей страны на первое место! – Наградив коленопреклоненных парламентариев гневным взглядом, Мария воскликнула: – Не советую принуждать меня к выбору мужа, который будет мне не по вкусу! Если мне придется выйти замуж против воли, я не проживу и трех месяцев, а значит, не рожу детей, и тогда вы очень сильно обо всем пожалеете! По-вашему, это пристойно требовать от меня согласия на брак с вашим кандидатом исключительно потому, что мой лорд-канцлер подружился с ним в тюрьме? — Люди никогда не потерпят иностранца! – побагровев, рявкнул Гардинер. — Решение принято, – отрезала Мария. – А если вы, лорд-канцлер, ставите волю народа выше моих желаний, значит вы забываете о данной мне клятве верности. Признав свое поражение, Гардинер сбавил тон. — Хочу заверить ваше величество, что буду повиноваться человеку, выбранному вами в консорты, – сказал он и, повернувшись к своим товарищам, пробормотал: – Слишком опасно вмешиваться в брачные дела монархов. — Клянусь Богом, сегодня он потерял свою должность канцлера, так как ее узурпировала королева! – расхохотался Арундел, тем самым рассмешив некоторых из состава делегации. * * * |