Книга Мария I. Королева печали, страница 109 – Элисон Уэйр

Правда, имел место один неловкий момент, когда Анна внезапно спросила у Маргарет Дуглас, где госпожа Говард.

— Полагаю, она у своей бабушки в Ламбете.

— Ей положено быть здесь на дежурстве, но, похоже, она сама себя отпускает когда заблагорассудится. Впрочем, не важно. – Анна улыбнулась Марии. – Простите. Кэтрин Говард – весьма развязная девица, и я только сейчас обнаружила, что ее здесь нет.

— Может, ей не помешает хорошая порка, – мрачно улыбнулась Маргарет.

Анна пожала плечами, но Мария заметила, что королева чем-то раздражена. Затем дамы перевели разговор на жаркую погоду, и тема Кэтрин Говард была забыта.

* * *

— Признаюсь, я боялась, вы окажетесь одной из этих ужасных немецких протестантов! – уже в конце визита сказала Мария.

— Так же, как и множество людей! – ответила Анна. – И совершенно напрасно. Ведь я довольно часто хожу к мессе.

После этого Анна еще больше понравилась Марии. К тому времени, как ее барка приплыла в Уайтхолл, Мария уже была вполне довольна новой подругой.

* * *

Новость об аресте Кромвеля стала для Марии страшным ударом. Придворные консерваторы давно боялись и ненавидели его и вот теперь, похоже, решили окончательно с ним разделаться. Предательство и ересь! Мария не могла в это поверить. Они сфабриковали улики, чтобы найти повод избавиться от министра. У Марии сердце обливалось кровью, когда она услышала о том, как он, ни о чем не подозревая, вошел с высоко поднятой головой, как и подобает новоиспеченному графу Эссексу, в зал заседаний Совета, где на него накинулись враги и, лишив его всех регалий, поволокли в Тауэр. И отец санкционировал эти действия!

После чего ему уже было не спастись. Парламент объявил Кромвеля предателем и приговорил к смерти. И это его, самого верного слугу короля! Мир, должно быть, сошел с ума!

Крайне опечалило Марию и пришедшее в июле известие, что брак короля с Анной аннулирован. Но, как сообщил Шапюи, Анна оказалась не только легковнушаемой, но и на редкость сговорчивой, чему, по мнению Марии, не приходилось удивляться, поскольку жить с королем было ой как непросто. За последние четыре года он набрал очень много лишнего веса, его ноги находились в плачевном состоянии, и постоянная боль в ногах вызывала опасные вспышки гнева. Так что, скорее всего, Анна была даже рада оказаться свободной женщиной. Она собиралась остаться в Англии, получая удовольствие от щедрых выплат в результате расторжения брака и роскошных домов, подаренных ей королем.

Мария не могла не думать о том, что жизнь матери могла быть гораздо легче, окажись она поуступчивее в деле аннулирования брака. Но матери приходилось защищать права своего ребенка. Она восемнадцать лет была королю верной женой, а потому не могла признать, что она, гордая испанская принцесса, жила в грехе, пусть и неумышленно. Кроме того, ее брак объявили действительным, что подтвердил сам папа римский. Ну а брак Анны, по словам Шапюи, даже не был консумирован. И хотя Мария толком не знала, что такое консумация, она хорошо понимала, что эти два случая нельзя даже сравнивать. Тем не менее Мария не могла не жалеть, что мать отказалась от комфортной отставки.

Узнав в августе, что отец женился на Кэтрин Говард, Мария была потрясена. Теперь стало понятно, почему Анна казалась такой раздраженной в тот день в Ричмонде. У Марии глаза полезли на лоб, когда ей сказали, что Кэтрин на тридцать лет моложе короля. Девятнадцатилетняя девчонка! Довольно неприятно получить новую мачеху на пять лет моложе тебя. Без сомнения, отец надеялся, что Кэтрин родит ему детей. Тем не менее Мария пребывала в смятении. По слухам, отец был ослеплен любовью к этой девке.