Книга Ночной скандал, страница 72 – Аннабел Брайант

Но какой контраст по сравнению с удивлением и восторгом, которые он испытал несколькими неделями раньше в Лейтон-Хаусе, несколько запоздало осознал он. И почему-то испытал болезненный укол сожаления.

Тем не менее, где-то на извилистых тропах истории Уиттингемов и Честеров коллективный ум обоих семейств решил, что Эми и Мэтью составят прекрасную пару, и в последнее время даже сам Мэтью находил эту мысль здравой. Хотя у них было мало общего — леди обожала светские развлечения, а Мэтью терял счет часам, проведенным над страницами книг, — он знал, что должен предпринять некоторые попытки ухаживания. Иначе и быть не могло.

В итоге ему все равно придется жениться и произвести на свет требуемого наследника. Хотя торопить события необходимости не было. Мэтью извлек урок — или даже несколько — из прошлогодней разгромной неудачи, когда попытался поскорее выдать замуж сестру. Амелия распорядилась своей судьбой куда лучше, чем это сделал бы он, и в момент прояснения ума Мэтью поклялся, что в собственной жизни не будет настаивать на том, чему не суждено случиться. Пусть все идет естественным чередом.

И с этой мыслью, будто бы в качестве проверки своей теории, он и приступил к роману с леди Эми, хотя ни сердце, ни прочие части его тела в этом процессе не участвовали.

Если родители и камердинер пришли к выводу, будто его женитьба — дело решенное, их ожидало разочарование. Просто Мэтью так и не собрался отговорить их от этого заблуждения точно так же, как, бывало, тянул с ответом на письмо или забывал подстричь волосы. А может быть, ему и не придется ничего объяснять. В последнее время он сам точно не знал, чем решится дело. Душой его владела странная нерешительность, с которой еще предстояло разобраться.

Дружба с Эми имела, по крайней мере, одно преимущество: отсутствие риска быть отвергнутым или, что еще хуже, скомпрометированным. Эми знала, что он за человек, и не искала в нем недостатков. А если и находила, свое мнение держала при себе, притом что сия дама всегда щедро делилась с окружающими своими мыслями и суждениями. Им было удобно вместе; разговоры не напрягали, а требования, предъявляемые друг к другу, не переходили границы разумного.

Что до сегодняшнего вечера, то Мэтью любил вкусно поесть и всегда удачно выбирал, в каком именно фешенебельном месте стоит ему время от времени появляться. Взвесив эти основополагающие факты и обдумав возможные последствия, он быстро согласился сопровождать леди в «Майварт», как только была получена записка от ее брата.

— Мне ужасно не терпится попробовать изысканные творения их шеф-повара! Вчера за чаем леди Дорнинг заявила, что никогда не ела ничего подобного. — Эми послала ему благодарный взгляд. — Как любезно, что вы согласились поехать со мной!

— С большим удовольствием. — Мэтью коротко кивнул. Леди уже высказала свою благодарность, когда они покидали дом ее родителей, поэтому, когда разговор пошел по второму кругу, он принялся разглядывать обеденный зал — у него была привычка подмечать каждую подробность.

Как он и ожидал, интерьер был роскошен. Хрустальные люстры витиеватого литья проливали золотистый цвет на стены с обивкой из кремово-фиолетового муарового шелка, однако над прямоугольными окнами, как предвестье праздничного сезона, уже свисали нарядные гирлянды из вечнозеленых растений. Столы покрывали белоснежные скатерти с белым же узором, а сверху стояла великолепная столовая посуда с горой яств. Мэтью быстро уловил знакомый пикантный аромат густого супа с соленой свининой и капустой, и его взгляд остановился на соседнем столике, где на блюде в растопленном сливочном масле плавало филе из камбалы, обложенное дольками лимона, который благоухал, будто в оранжерее Теодосии. Воспоминание заставило Мэтью смущенно улыбнуться.