Онлайн книга «Ночной скандал»
|
Теодосия не шелохнулась, когда он склонился к ее губам. В глубине души она знала — как только он вошел в библиотеку и они начали свою шутливую пикировку, — что так или иначе окажется в его объятиях, и вот этот момент настал. Его губы уже почти касались ее губ, но в этот момент победил разум. Что она делает? Она едва знакома с лордом Уиттингемом. Он появился на пороге их дома не далее как два дня назад, а теперь она стоит в домашней библиотеке, прижимаясь к его груди. Неужели ей мало сердечных терзаний и стоит осложнять свое положение еще больше? Каждый день и без того приносит немало трудностей. Любой, у кого достаточно здравого смысла, сказал бы, что это глупо. Теодосия никогда больше его не увидит — как только растает снег, граф отбудет в свой Лондон, в город, куда она поклялась больше не возвращаться. Город, где ее ждут слишком горькие воспоминания. Теодосия выскользнула из его рук и в два широких шага отскочила подальше, но он успел схватить ее за запястье. Быстрое движение руки — и трость преградила ей путь, а она снова очутилась в кольце его объятий, да еще ближе, чем в первый раз. — Похоже, эта трость хоть раз пригодилась для чего-то полезного. — Он всматривался в ее лицо, и она не могла разрушить чары его жаркого взгляда. Смущение, колебания — вдруг все исчезло. — Мэтью. — В ней раскручивалась волнующая спираль желания, и вдруг она поняла, что больше не может ждать. Легким не хватало воздуха, каждый вдох сделался слишком быстрым — и в то же время слишком медленным. — Дышите, Теодосия. Просто дышите… Трость с грохотом упала на пол, а он обнял обеими руками ее лицо и приблизил к своему лицу. Первое прикосновение губ было как удар молнии, пронзивший все ее существо. Вот оно. Что «оно»? Влечение? Страсть? Желание было так сильно, что сердце Теодосии словно перестало биться, а разум обратился в ничто — их функции потеряли всякое значение. Ее тело отреагировало так яростно, что она понимала: в любой момент ноги предательски перестанут ее держать. Так и вышло. Опираясь спиной о книжный шкаф, Уиттингем привлек ее ближе к себе, в крепком кольце своих рук, не отрываясь от ее губ. Теодосия утратила способность связно мыслить. Мир перестал существовать. Она уступила его поцелую и таяла, как снежинка в солнечных лучах, жаждая впитать каждый нюанс этого опыта. От него божественно пахло — деревом, цитрусами и пряностями, и от этого запаха у нее закружилась голова, попытки противиться ему оказались безуспешными. Его объятие было крепким. Одной рукой он обнимал ее затылок, поглаживая пальцами кожу, другой обхватил поясницу, крепче прижимая к себе, в то время как его губы прикасались и пробовали на вкус жадным, настойчивым поцелуем. Язык скользнул меж ее губ, и она ахнула, чуть отодвинувшись, чтобы взглянуть ему в глаза. Он это нарочно? Силы его пристального взгляда было достаточно, чтобы в ее теле родилась жаркая волна. Значит, нарочно. Теодосия понимала естественный ход событий и прочла бесчисленные тома по физиологии и анатомии. Но когда она умоляла мозг вспомнить все, что ей было известно о совокуплении, бесполезный орган подсовывал лишь звенящее ощущении тревоги где-то в животе. — Прекратите думать, Книжница. — Он снова прильнул к ее губам, и слова вышли несколько невнятными. Поцелуй повторился. |