Книга Ночной скандал, страница 32 – Аннабел Брайант

Она не обернулась, а он не знал, с чего начать. Меньше всего он хотел расстроить ее еще сильнее.

— Все ли с вами хорошо? — От банальности вырвавшегося вопроса Мэтью даже поморщился.

— Будет хорошо. — Она переменила позу, но так и осталась вполоборота к нему. Он заметил блеск слез в ее глазах, хотя щеки были сухими, да и ресницы тоже. — Итак, теперь вы знаете. — От ее слов, сказанных шепотом, у него сжалось сердце.

Он кивнул.

— Ваш дедушка пытается бороться. — «Наверное, как и все мы?» Мэтью тяжело вздохнул.

— Да. Можно и так сказать.

— Ум слабеет с годами. Естественный ход событий. Все мы стареем.

Она дернула головой и коротко фыркнула.

— Не все.

Он почувствовал себя задетым.

— Но это правда.

В комнате воцарилось гробовое молчание. Она так и не посмотрела в его сторону, держа спину подозрительно прямо, и он уже подумывал, не откланяться ли ему. Но любопытство, еще одно проклятие его натуры, приказывало остаться.

— Зачем вы это сделали?

— Вы о статье? — Она едва заметно пожала плечами. — Слишком много причин — долго перечислять.

— Назовите две, самые важные для вас.

Он ждал, и немало минут пролетело, прежде чем он решил, что она не ответит. Однако она ответила:

— Чтобы защитить наследие дедушки и его репутацию как ученого. — Она судорожно вздохнула, словно новая порция воздуха должна была укрепить ее, чтобы произнести остальное. — Чтобы доказать, что я тоже могу. Что я чего-то стою.

Ему хотелось схватить ее за плечи, развернуть лицом к себе и хорошенько потрясти. Неужели она думает, что статья в журнал может что-то доказать? Неужели она так мало в себя верит? Но он был достаточно благоразумен и просто развил тему дальше:

— Публикация статьи в журнале ничего не доказывает.

— Доказывает — пусть не вам, но мне.

Они стояли так минуту или две. Не дождавшись ответа, Мэтью сделал шаг назад. Ступая бесшумно, обошел кругом книжный шкаф и приблизился к нему с другой стороны. Убрав три тяжелых, переплетенных в кожу тома, он заглянул в образовавшийся проем — достаточно большой, чтобы разговаривать с ней лицом к лицу.

— Книжница. — Он понимал, что нажимать нельзя.

Она смотрела на него, в ее глазах блестели невыплаканные слезы.

— Прекрасный ум — это куда более драгоценно, чем тысяча прекрасных лиц. И разве вам не посчастливилось обладать и тем, и другим? — Ему захотелось протянуть руку и погладить ее по щеке кончиками пальцев — просто для того, чтобы попытаться ее успокоить. Она была такая маленькая. Одна-одинешенька. Обреченная на заботу о любимом стареющем родственнике. Где же ее родители, которым надлежало бы помочь в столь трудное время? Он вдруг преисполнился сострадания и давно забытого рыцарского чувства.

— Какую ошибку вы нашли в моей статье?

Может быть, обсуждение научных проблем поможет ей обрести спокойствие. Эмоции — такая ненадежная опора. Иногда помогают, иногда, напротив, становятся препятствием.

— Мы, конечно, опубликовали статью, однако в том, что касается расчетов, нам пришлось поверить автору на слово.

— Так бывает, — не сдавалась она.

— Только не в математике, — возразил он. — Но, если хотите, завтра мы могли бы поработать над уточнением расчетов.

Он смотрел, как расслабляются ее плечи, она больше не держалась как натянутая струна.

— А вы всегда бродите по коридорам в чужих домах? Ведь сейчас почти полночь!