Книга Ночной скандал, страница 120 – Аннабел Брайант

— Теодосия! — Ее имя в его устах прозвучало как ласка.

— Я подумала, что постучусь-ка я к вам — для разнообразия.

Он улыбнулся, вспомнив, как приходил к ней в гостиницу «Майварт».

— Вам не больно? — Он опустил взгляд на ее бедро. — Помогла ли ванна? У меня есть имбирная мазь.

— Славно мы с вами поменялись ролями, — весело воскликнула она.

— Вы кажетесь такой соблазнительной в этой ночной сорочке. Вы как будто вышли из моего сна.

— Благодарю за спасение, — прошептала Теодосия с искренним благоговением.

Мэтью подался вперед, и она подумала, что он ее поцелует. Но вместо того он выглянул в коридор, посмотрел направо, потом налево.

— Сейчас глубокая ночь. Что вы делаете? — спросила она шепотом.

— Проверяю, не затаился ли где Киркмен, готовый упасть к вашим ногам с очередным предложением выйти за него замуж.

Она засмеялась его притворной ревности. Теодосия наконец почувствовала себя счастливой. Мэтью не сказал больше ни слова, просто взялся за поясок ее халата и мягко потянул, приглашая в свою комнату. Должно быть, она изумленно ахнула — сама не зная как, — но, когда он повернул ее спиной к двери и накрыл сокрушительным поцелуем, она поняла, что не может дышать.

И что она горит.

Точнее, горит, как в лихорадке.

Как будто она давно ждала, задержав дыхание, и каждое биение ее сердца отсчитывало минуты до того, как она снова окажется в его объятиях. Чувства, сильнее, чем физическое желание, поселились в ее груди гораздо раньше, чем сложились слова, которые она мечтала сказать Мэтью с той самой минуты, как оставила его в Лондоне. Она полюбила его. Хотела разделить с ним жизнь. Неважно, где жить — главное, вместе.

Сегодня Теодосия предлагала больше, чем сердце.

Сегодня они должны скрепить обеты, данные друг другу.

Мэтью развязал узел пояса, спеша освободить ее от лишней ткани. Халат сполз с плеч и стек шелковой лужицей к ее ногам.

Он поцеловал ее, их языки сплелись — в прелюдии к тому, что должно было состояться. Теодосия была как в огне. Хотелось прикасаться к нему. Хотелось его прикосновений. Его палец погладил ленточки возле шеи, держащие ночную сорочку. Каждое следующее прикосновение казалось новой интригой. Мысли разлетелись по тысяче направлений, в то время как огненная стрела пронзила ее сердце. Теодосия не знала, чего ожидать. Одних только поцелуев ей было достаточно, чтобы сгорать от наслаждения, но это — этот контакт доставлял ей неописуемое удовольствие. Где бы Мэтью ни прикасался к ней — легко проводя кончиками пальцев по плечам, гладя по спине или мимолетно касаясь груди, — острое ощущение его близости и сокровенных ласк вибрировало в ее душе.

Слова не шли к ней. Теодосия положила ладонь ему на грудь. Сплошные мышцы, гладкая горячая кожа под ее пальцами; и на краткий миг, прежде чем он пошевелился, она ощутила под своей ладонью устойчивый ритм биения его сердца.

— Книжница, — прошептал Мэтью, обдавая своим дыханием ее губы, и она удивилась: что такого важного он хотел сказать, если ради этого прервал их поцелуй. — Ты ведь никогда… — Он коснулся губами ее шеи, лизнул ключицу. Ощущение его жаркого дыхания возле шеи подобно приглашению в новый, чувственный мир.

— Нет. — Она почувствовала, что он улыбается.

— Но ты хочешь?

— Да. — Теодосия была предельно категорична. — И на этом хватит разговоров.