Книга Странная месть, страница 234 – Константин Волошин

— Какие глупые возражения, Сарита! – в голосе Рафаэля легко слышались протестующие и негодующие тона. – Я уже обещал моим родителям, а ты… отказываешься! Все равно я должен тебя представить им.

— И представишь недели через две-три, когда хозяин будет здесь, – Сара с ожесточением и решимостью встала на защиту своего мнения. – Ждать совсем не так долго, дорогой дон Рафаэль! Ну не могу я так просто оставить дом! Вы должны меня понять!

Голос Сариты звучал на самом деле взволнованно и даже трагично, понимала, что делает больно жениху, но страх перед возможным ограблением уже угнездился в её голове и никак не хотел освободить её.

Дон Рафаэль в расстроенных чувствах попрощался довольно скоро, показав, что сильно оскорблён и унижен её отказом. А Сара, проводив его, уткнулась в подушку и дала волю слезам. Они текли из глаз неудержимым потоком, а разочарование в смеси с обидой душили её юную грудь. Она поняла, что Рафаэль лишь использует её для достижения своего преступного плана.

Неожиданно в голове завертелись другие мысли. Они ужаснули её, но потом потекли свободнее, и она уже почти трезво стала обдумывать предложение Рафаэля, надеясь с его помощью обеспечить себе жизнь до смерти.

Она перестала плакать, от волнения покрылась холодным потом. Села на постели с широко открытыми глазами, вперив их в темноту начавшейся ночи.

Часа два она так сидела, рассуждая сама с собой. Усталость свалила её, и она проснулась лишь утром, услышав возню кухарки на кухне.

Вечерние мысли тотчас овладели ею. А затем потекли в другом направлении.

«Куда я зашла! – подумала девушка, и бледность растеклась по её лицу. – А что скажет Ана? Она никогда не простит мне такое. И останусь я одна на белом свете! Нет, так будет бесчестно и глупо. Этот дон Рафаэль оказался ещё тот фрукт! Использует меня и бросит. Ещё и жизни лишит, чтобы свидетелей у него не оказалось. Нет! Так я не посмею поступить. Будет лучше оставаться честной и порядочной девушкой. А муж и так со временем появится. Тут уж и сеньора и сеньор помогут. Нельзя за добро платить чёрной неблагодарностью!»

Такое длинное рассуждение как-то вдруг успокоило девушку, страхи пропали, а сама она повеселела и воспрянула духом.

— Ты что такая задумчивая, Сарита? – спросила кухарка, убирая посуду. – Жених стал приставать? Это всегда так, милая девочка! Нам остаётся лишь терпеть, сносить всё ради детей, спокойствия в семье и так далее.

Сара не ответила, лишь с пониманием посмотрела на негритянку и ушла к себе продолжать раздумывать над своей неудачной попыткой обзавестись семьёй.

А к вечеру она вызвала конюха и повела его по лестнице в подвал, к закрытой двери, обитой железом с тремя замками, один из которых был внутренним.

— Вот эту лестницу завали разным старым хламом. Бочками, досками, железом и всяким несуразным ненужным хламом. Чтобы трудно было туда даже спуститься. И сегодня же начать. А завтра закончишь утром. Если кто появится во дворе, тут же прекрати и подожди, пока уйдёт. Это может быть мой жених.

— К чему такая бесполезная работа? – пробурчал конюх, но работу обещал сделать в срок.

А голова Сариты распухала от дум. Хотелось не выказать Рафаэлю свои догадки и приготовления. Это могло раньше времени спугнуть грабителя. И тут она подумала, что у него могут быть сообщники и эта мысль повергла её в ужас.