Книга Слёзы любви, страница 108 – Мира Майская

Села, глаза потираю, а Хват кинул пару шкур, под невысоким кустом, невдалеке от береговой линии, и махнул мне рукой подойти.

Вскоре я легла и как только закрыла глаза, тут же уснула.

Сквозь сон я почувствовала, что кто-то рядом разговаривает, но проснуться у меня не получалось. Усталость свалила меня с ног, уж не знаю сколько я так проспала, но проснулась уже на кнорре.

Кнорр сильно качало, на Ильмень налетел сильный ветер, от того корабль и качало и стороны в сторону. Поднявшись на колени, я стала осматриваться. Варяги сняли парус, работали гребцы, сидя в парах. Это означало, что управлять большими веслами в такой ветер очень тяжело.

Поднявшись на ноги, ухватилась за борт корабля, и попыталась понять где мы находимся. Перед моим взором впереди открылся вид на широкую дельту реки, что несёт свои воды в Ильмень.

Корабли один за другим входили в эту дельту. Из разговоров ранее я слышала, что это вход в реку Ловать, по которой мы идем дальше.

Цветень, дельта реки Ловать[1], пороги и волок.

СВЕРР

На стоянке возле Ильмень-моря, как только причалили корабли Рёрика, я направился посмотреть на паренька, что так удивил меня.

Кнорр, который я ждал, и на котором был паренёк, причалил один из последних, а потому вдалеке от меня. Увидев, что с того корабля спустились люди, тут же направился посмотреть на молодого русича.

Пока шёл по набережной, остановился переговорить с Рериком. Он был зол, настолько, что готов был развернуть свои драккары и пойти войной на князя словен.

Пришлось успокаивать друга, говоря, что всему своё время.

Продолжив путь, я дошел до кнорра и увидел одного из словен, того что постарше, молодого было не видно.

— Где паренёк молодой, из ваших? — обратился к нему.

— Конунг? — словен удивился, когда меня увидел.

— Что ты хочешь? — напряжённо продолжил он.

— Паренёк где? Хочу его увидеть.

— Конунг Яс…с непривычки устал очень, уснул недавно, ты бы не будил его?

Парень и правда был юн, а потому, я решил оставить его в покое. Всё впереди и время поговорить у нас ещё будет.

Ранним утром корабли вышли в Ильмень-море, волн не было, на воде был штиль. Но тем и было известен Ильмень, что ветер налетал внезапно. Так случилось и в этот раз, на середине корабли стало сильно качать.

Я приказал снять парус и работать гребцам, в парах, потому как управлять большими веслами в такой ветер очень тяжело.

Вскоре перед моим взором впереди открылся вид на широкую дельту реки, что несёт свои воды в Ильмень. Корабли один за другим входили в эту дельту, из слитых в единую двух рек Ловати и Полоты[2].

Проход по Ловати очень тяжёлый, на реке много порогов, и дно из крупного камня. По реке проплыть можно только в полноводное время весной, и то с местным проводником, иначе корабль налетит на камень.

Проводников мы берем в первом же поселении словен, возвращаться по Ловати можно только в случае, если лето будет дождливым. В засушливое лето в обратный путь мы ляжем только по Двине Западной. Путь получается обходным и длинным, но более безопасным.

Да и по самой Ловати существовало два пути, я ходил по обоим. Первый был безопаснее и спокойнее, но с более длинным волоком. Второй возможен только после богатой снегом зимы, когда Ловать очень полноводна, этот путь короче сам и волок почти вдвое короче[3].