Книга Дочь фараона, страница 58 – Мира Майская

— Он чем-то огорчил тебя, Великая? — выводя меня из задумчивости спросил Охан.

— Нет, жаль уходить… — ответила я и зашагала бодрее.

Уже в своих покоях я нетерпеливо достала краткое послание от Хотепа, он сообщал о скором возвращении. Это значило, что скоро мы увидимся.

[1] Тиату саб тиату — премьер-министр, визирь.

Египет 2895 год до н.э. Тинис. Прошёл ещё год. Ахет — время разлива, Хотеп воин.

Радости моей не было предела, Хотеп возвращается. Мне не терпелось поскорее его увидеть. Прошло много времени, каким он стал? Я улыбаясь представляла нашу встречу, наши разговоры.

Отвлекали меня от этих мыслей только учителя, как мне казалось, впихивающие в мою голову знания всего мира. Я освоила язык повелителя и всех высокородных, почти изучила язык ливийцев и нубийцев. Следующим в изучении стал язык гиксосов, отец не единожды говорил, что язык врагов нужно знать.

И всё же во время следующей прогулки по саду, до хижины мы не дошли, я смогла незаметно для Охана достать из-под камня новое послание от Хотепа.

— О, Ра… Ты ослепил меня… — наклонившись и потирая пальцы в сандалии, проговорила я.

Это был повод наклониться к камню.

Охан обеспокоенно посмотрел на мои ноги. И в следующее мгновение поднял меня на руки. Не слушая мои протесты, он так и нёс меня на руках до внутреннего двора дворца.

Всё это видели слуги, и конечно же сообщили об этом фараону.

Я успела только пробежать взглядом по краткому сообщению Хотепа. Думаю, что писал его Уаджи, с его слов, Хотеп был уже в пути.

По характерному шуму издаваемому слугами и охранной, я поняла, что сам фараон находится в женском доме.

Возможно он вновь вернулся к наложницам? — так подумала я.

Всё случилось настолько быстро, что кусок пергамента так и остался в моей руке. Спрятать его я успела только за спиной. Фараон Каа стоял передо мной, и это было очень неожиданно.

Я молча, от неожиданности на него смотрела, он тоже осматривал меня с головы до ног.

— Что с тобой? — произнес он дрогнувшим голосом.

Я не поняла его вопроса и потому пожала плечами, не знала что ответить.

— Зови лекаря! — фараон закричал стоявшему вдали слуге и тот тут же исчез.

— Ты заболел, что с тобой отец? — бросилась я к нему.

— Я? Что с тобой Нефе? Почему Охан нес тебя на руках? — голос отца дрожал.

— Отец, ты не волнуйся. Я всего лишь ушибла палец на ноге о камень.

— Палец… покажи. Ты ходить не можешь?

Я не успела ответить, появился жрец-лекарь.

— Великая, ходить не может… — это фараон.

Мне не дали ответить, слуги тут же подхватили меня под руки и уложили. Лекарь принялся меня осматривать. И я услышала о куче болезней, что меня поразило.

Первое, я очень худая, и он назначил чем меня надо откармливать. Это было количество пищи на пятерых, и мне никогда такое не съесть. Потом оказалось, что я должна быть выше. А ещё нужно лучше ухаживать мне за волосами, чтобы они стали черными, нужно мазать их кровью крокодила.

В ужасе слушала, все его назначения, а фараон согласно качал головой и от того я ещё больше пугалась.

— А что делать с ногой? — это один из слуг очнулся.

— С какой? — это лекарь. А я уж и сама забыла, на какую жаловалась.

Ощупав ту, на какую я показала, он покачал головой.

— Плохо, всё плохо…

Мне стало интересно, что там плохо, если я её даже не ушибла. Приподняла и в ужасе тут же опустила голову. На ногу уже накладывали повязку из широких и больших листьев. Правда перед этим на них наносили, что-то очень вонючее.