Книга Пустое сердце Матвея. Часть 1, страница 86 – Ашира Хаан

— Я… — он осекся, понял, что чуть не попался в ее ловушку, ответив, что он мужчина. И это другое.

— Что еще ты делаешь? — спросил он вместо этого. — Для своей безопасности?

И не ожидал, что она ответит без запинки:

— Отсылаю подругам номер такси, в которое сажусь, и если мне не нравится водитель — звоню кому-нибудь по дороге. Прошу таксиста подождать, пока я дойду до двери подъезда, чтобы никто не вошел следом. Не езжу в лифте с мужчинами. Хожу только по освещенным улицам рядом с местами, где есть люди. Захожу в магазин, если за мной идет мужчина. Не включаю сразу свет, после того, как вернулась домой.

— А это зачем?

— Чтобы тот, кто поджидает меня снаружи, не смог вычислить мою квартиру. Если я зашла в подъезд поздно вечером, а потом зажегся свет в окне — наблюдатель поймет, в какой квартире я живу. А это уже опасно.

Она смотрела на него напряженно, ожидая какой-то реакции.

Но у него внутри звенело напряжение не меньшее.

И он не знал, что ей сказать.

Они сюда поднялись, чтобы поговорить о феминизме и ночных опасностях?

Или зачем?

— То есть, ты считаешь каждого мужчину потенциальным преступником?

Матвей хотел произнести это ядовито, но получилось зло.

— Да.

Она не отвела взгляд.

— А своего погибшего друга ты тоже считала таким?

Ее поза не изменилась.

И выражение лица тоже.

Только резко сузились зрачки.

Марта молча встала, забрала у него пустую чашку из-под кофе. Свою тоже взяла. Открыла еще один шкаф — внутри оказалась посудомойка. Она поставила туда чашки и захлопнула дверцу.

Развернулась, оперлась на столешницу позади себя ладонями.

У нее было очень расслабленное выражение лица.

Как будто только что ничего не произошло. Не было удара Матвея в уязвимое место.

— Знаешь, — сказала она. — Как мне было сложно делать ремонт в этой квартире? Абсолютно на все строительная бригада говорила: «Так никто не делает!» Кухня без плиты — так никто не делает! Ванная в комнате — так никто не делает! Плитка в спальне — так никто не делает! Обои на откосах — так никто не делает! Знаю, чего хочу и готова заплатить — и все равно бешеное сопротивление! Я больше времени тратила, чтобы объяснить, что я хочу именно так, чем они потом это делали.

— Так почему у тебя кухня без плиты? — спросил Матвей.

— Потому что я не готовлю! Очевидно же, — Марта закатила глаза.

— Допустим, не готовишь. Но иногда плита все равно нужна. Например… — он замешкался, пытаясь вспомнить, что обычно делают с плитой.

— Чай можно сделать с водой из кофеварки, готовую еду я разогреваю в микроволновке, если захочу котлету с макаронами — есть доставка.

— А яйца? Тоже в микроволновке? — сощурился Матвей.

— Ты не поверишь… — понизила голос Марта и заговорщицким тоном сообщила: — Вареные яйца тоже есть в доставке. Абсолютно все есть в доставке.

— Стейк? — придумал он. — Пока доедет — остынет. Разогревать стейк — кощунство.

— Ради хорошего стейка могу и прогуляться до ресторана. Сама я его все равно пожарю плохо.

— Еду не готовишь, посуду не моешь, — он кивнул на дверцу, за которой пряталась посудомойка. — Что же ты делаешь по дому?

— Не готовлю, не мою. И полы не мою. У меня есть клининг и робот-пылесос.

— Настолько сложно самой, что готова за это платить?

— Готова, — пожала она плечами. — Ненавижу заниматься хозяйством. Как будто ты любишь. Сам когда последний раз унитаз мыл?