Книга Пустое сердце Матвея. Часть 2, страница 103 – Ашира Хаан

— Наконец-то мы вдвоем! — сообщила я Мие, перекладывая ее в качающийся шезлонг и принимаясь переставлять свои новые игрушки на удобные мне места.

Кошка-Мать, разумеется, тут же устроилась рядом — я уже пошутила, что видеоняня мне не понадобится, у меня есть кое-что получше!

Лорд слился с природой — малышку он пока опасался.

Зато Петенька веселилась от души, мешаясь под ногами сильнее прежнего.

Мия уже начала чмокать и открывать рот, как рыбка — верный признак, что скоро маленький троглодит потребует еды настойчиво и бескомпромиссно. Поэтому я отправилась разводить смесь и подогревать ее до идеальной температуры, гордясь тем, какая я идеальная мать — хоть блог заводи и хвастайся.

Мия вцепилась в бутылочку так агрессивно, что я испугалась, что сейчас она мне руку по локоть откусит.

Но это было пока впереди.

Пока она с наслаждением высосала всю смесь и благодарно, хоть и сонно мне улыбнулась.

Первое самостоятельное кормление без группы поддержки прошло отлично.

Ну в самом деле — а как еще? Я взрослая ответственная женщина и могу справиться с одним маленьким ребенком. Я справлялась с целыми конференц-залами на триста человек!

Вытащив Мию из шезлонга, я хотела правильно приложить ее к плечу, чтобы она срыгнула, как делала всегда, но моя дочь решила проявить самостоятельность и удобрила остатками смеси всю мою футболку, пол на кухне и заодно левое ухо Петеньки.

— Да бл… блин! — вовремя исправилась я. — Ты чего?! Извини… — это уже улепетывающей в коридор Петеньке.

Сделав шаг к шезлонгу, чтобы переложить в него дочь, я умудрилась неловко поскользнуться на грязном полу и едва успела уцепиться одной рукой за край стола. Стоящая на нем пустая бутылочка не устояла — покатилась к краю. Я зачем-то попыталась ее поймать в полете — и шарахнулась виском об угол.

Звон и мой уже неотцензуренный вскрик, разумеется, разбудили Мию, и она зашлась испуганным криком. Тут мне уже стало наплевать и на обиженную Петеньку, и на разбитую бутылочку, и на мокрую футболку, и на Лорда, который тоже проснулся от шухера и с ошалелым видом стартанул прямо со стола, сбивая на пол все, что там лежало — пачки салфеток, подогреватель, банку со смесью и еще одну запасную бутылочку.

Я металась, не зная, за что хвататься. Мия от крика уже стала багровой, мои тапочки скользили по луже смеси вперемешку с осколками, Кошка-Мать решила выдать звездюлей Лорду, и в коридоре началось кошачье побоище.

Вдобавок заиграл бравурную мелодию оставленный на подоконнике телефон, добавляя нотку хаоса в этот фестиваль. Почему-то, когда девочки были со мной, такого не случалось!

В одну секунду вся моя благостность, вся уверенность в том, что я все делаю правильно, весь накопленный покой слетели так стремительно, словно я последние три месяца не валялась в уютном гнезде из одеял, а носилась по всему городу в компании с Мией и спала по два часа в сутки.

Откуда-то накатила безумная усталость, перекрывая собой истерику, брызнули слезы и захотелось упасть на грязный пол кухни и тоже зарыдать — вместе с дочерью.

Я прижала ее к себе сильнее и просто забилась в самый чистый угол, целуя теплую макушку и бормоча сквозь слезы что-то вроде: «Тихо, моя маленькая, тихо, все хорошо, мама с тобой…»

Правда, это не помогало. Крик не становился тише — я до сих пор не видела Мию в такой истерике. Телефон продолжал звонить, пугая ее еще больше. А кошки визжали совсем неприлично, так что я уже была близка к тому, чтобы пойти, сгрести их за шкирку и выкинуть нахрен из окна.