Книга Привет, я влип!, страница 78 – Маргарита Дюжева

Ольга замолчала и пару секунд завился, стеклянным взглядом глядя на чай в своей кружке.

Потом очнулась:

— Васька не выдержала и съехала на съемную квартиру. Что тут началось! Они в полицию ломанулись: деточку любимую украли. И всех друзей знакомых доставали. В общем, чуть на говно не изошли, пока ее разыскивали. Еще бы! Если она с ними жить не будет, то кто станет убираться, готовить, кормить за свой счет? Потом кто-то из знакомых, кто был не в курсе ее ситуации, сдал ее. Конечно, родственники тут же ломанулись к ней и стали тянуть обратно. Васька отказывалась как могла, но тут матушка ее, здоровья ей и побольше, внезапно занемогла. Слегла бедная то ли с инсультом, то ли с инфарктом, то ли с воспалением хитрости. Не знаю точно. Суть в том, что Василиса, как хорошая дочь вернулась домой, чтобы помочь матери.

— А дальше? — спросил я, не ожидая ничего хорошего.

— А дальше настоящий треш начался, — невесело усмехнулась Ольга, — Отчим отобрал у нее паспорт и все карты. Чтобы уж точно она не могла никуда уйти. Девка взрослая, уже отучилась и замуж запросто могла выйти.

Меня аж замутило от того, в каких условиях жила моя Лягушонка. У меня самого отец всю жизнь с матери пылинки сдувал. Она для него до сих пор самая красивая, прекрасная и лучшая женщина на земле, а они вместе уже лет сорок, наверное. Они друг за друга горой, любят, уважают, заботятся. И для меня это в порядке вещей. Я когда слышу такие истории у меня мороз по коже и глаз дергается. И я сам первый готов спросить: на хер такой мужик вообще нужен? Уродище.

— Потом Васька выяснила, что мать не особо-то и больна. Специально притворяется, чтобы больше забот на дочь перекинуть, чтобы у той времени не хватало на дурацкие мысли. На нее тогда смотреть было страшно, эти черти все из нее высосали, — Ольга сморщила нос, — Сереженька еще начал слухи распускать, что она то ли умалишенная, то ли заразная. Я не помню, что именно тогда этот сучоныш говорил, но он всячески старался от Васьки отвадить и друзей, и потенциальных ухажёров. Семейка очень боялась, как бы их кормилица мужика себе не завела. Мерзко это все. Самой вспоминать тошно, а как она во всем этом барахталась — представить страшно.

От избытка чувств, Ольга поднялась из-за стола и отошла к окну. И оттуда глухо продолжила:

— Мы с ней как-то в магазине пересеклись — от нее одни глаза остались, никакого огня. Она была как береза, обвитая ядовитым плющом. Я тогда как раз развелась с первым недомужем, Олега встретила. И мы вместе решили, что девчонку спасать надо.

Дальше продолжал Олег:

— Она смогла выкрасть свои документы, и мы помогли ей уехать. В прошлый раз она ошибку сделала — осталась в родном городе, а там особо не скроешься. Все друг друга знают. Но в этот раз она уехала в большой город, где затеряться — раз плюнуть. Прописка ей не нужна — она прописана там, с родственничками. Официальное трудоустройство тоже — она самозанятая. Новым людям она представляется, как Василиса Стрельникова. Соцсетями и прочей мутью не увлекается. Поэтому отследить ее сложно. Вернее, ничего сложного в этом нет — есть права, машина, прочие моменты, которые не обойти без полноценной регистрации и документов, но не для неудачников из деревни, не привыкших жопой шевелить и решать проблемы, это сложно.