Книга Игра на двоих, страница 96 – Татьяна Тальская

Илья листает заметки с прошлого совещания… и меня вдруг пронзает резкая боль внизу живота. О нет! Месячные.

Я закрываю глаза. Только не сейчас.

Совещание идет дальше, боль накатывает волнами, кожа становится влажной. Илья стоит у доски, что-то пишет маркером, рассказывает, а у меня перед глазами начинает плыть. Живот скручивает так, что я сгибаюсь. Больно.

Илья смотрит на меня, в его лице мелькает тревога, хотя он продолжает говорить.

Я резко встаю.

— Простите… мне нужно выйти, — шепчу я сквозь боль.

— Все в порядке? — хмурится он.

— Мне нехорошо, — быстро говорю я и вылетаю из переговорки. — Я потом посмотрю протокол.

Я почти бегу на свой этаж, хватаю сумку и лечу в туалет.

У меня нет сил на это… вообще.

Илья

Я звоню Кате в кабинет — не отвечает. Что-то не так.

Я выдыхаю и пытаюсь вернуться к работе, но мысли разбегаются. Набираю руководителя ее отдела.

— Петр, соедините меня с Катей, пожалуйста.

— Она ушла домой, ей стало плохо, — отвечает он.

Я хмурюсь.

— Понял. А что с ней?

— Живот болит.

— Спасибо.

Я кладу трубку и тут же звоню Кате.

— Привет, — отвечает она тихо.

— Ты как?

— Да нормально. Прости, что ушла.

— Что случилось?

— Месячные. Все окей, Илья, не переживай, — шепчет она. И по голосу понятно: она хочет закончить разговор. — Увидимся завтра, ладно?

Завтра… стоп.

— Ты уже дома?

— Да, я на такси доехала.

— Хорошо.

— Пока, — быстро говорит она.

— Позвони, если… — начинаю я, но она сбрасывает.

Я откидываюсь в кресле. Пытаюсь работать дальше.

Проходит две минуты, и меня накрывает. А если она снова выпьет те таблетки и упадет с лестницы? Нет, она же говорила, что больше их не пьет.

Я вспоминаю, какая она была тогда — потерянная, на грани. И у меня в голове возникает картинка: Катя лежит внизу на лестнице, неподвижная.

Она не будет настолько… глупой. Будет? Через двадцать минут я жму интерком.

— Марина.

— Да, Илья?

— Я уезжаю на сегодня.

— Но у вас встречи весь день…

— Перенеси, — отрезаю я и накидываю пиджак. — Мне нужно.

Я захожу к Кириллу без стука.

— Дай машину.

Он отрывается от компьютера.

— Зачем?

Я пытаюсь придумать на ходу.

— Проверить кое-что.

— Что именно?

Я смотрю на него пару секунд и говорю первое, что приходит в голову:

— ЧП с утками.

Сильно. Лжец года.

Кирилл широко распахивает глаза.

— Что, опять?

— Они… напали на почтальона.

— Что?!

— Напали, он упал с мопеда. Там… кошмар.

Кирилл запрокидывает голову и начинает смеяться так громко, что мне хочется его придушить.

Он тычет в быстрый набор на телефоне.

— Алло, — слышу голос Ярослава.

Ну, отлично. Созвон века.

— Что происходит? — подключается Тимур.

Я протягиваю руку.

— Ключи.

— Станет еще лучше, — хохочет Кирилл. — Его утки напали на почтальона, и он упал с мопеда!

Тимур ржет, Ярослав тяжело вздыхает:

— Купите ему уже хоть что-нибудь для самообороны.

Я снова протягиваю руку.

— Ключи.

— Мне вечером машина нужна. У меня свидание, — бурчит Кирилл.

— У тебя четыре машины.

— Нет.

— Андрей тебя потом заберет.

— Так пусть Андрей сейчас тебя отвезет.

— Это долго. Ключи, — говорю я, теряя терпение.

— На. — Кирилл швыряет мне связку. — Иди. Надеюсь, почтальон подаст на тебя в суд.

— Заголовок уже вижу, — ржет Тимур. — «Чуть не умер от утки».

Братья снова взрываются смехом, а я выхожу, хлопая дверью. Придурки.