Книга Ходячее недоразумение майора Попова, страница 25 – Кэти Свит

Удивительно, но про военных я не знаю совершенно ни-че-го.

— Вот ты спишь по ночам нормально? — ни с того, ни с сего уточняет подруга.

Я не понимаю суть ее вопроса и претензионный тон, но решаю ответить честно.

— Вполне, — пожимаю плечами. — А что?

— Вот чтобы ты могла спать и ни о чем не думать, они, — Лерка показывает на наш и на соседский дома. — Не спят ночами. Караулят.

— Кого? — хмурюсь.

Конечно, я догадываюсь чем именно занимается Леркин брат, но никогда особо не интересовалась. Военный и военный, мне-то что с того?

— Того! — заключает с умным видом подруга и ускоряет шаг. — Давай скорее, сейчас без лыж останемся, — подбадривает.

— Давай, — не могу не согласиться с ней.

Оказавшись в пункте проката мы к великому изумлению не видим очереди, хоть по логике она должна быть за километр, ведь сейчас праздники.

— Они точно работают? — скептически осматриваю пункт. — Лер, ты сюда ходила?

Поворачиваю голову и встречаюсь с растерянным взглядом подруги.

— Работали, — произносит неуверенно.

Но Лерка будет не Леркой, если не пойдет проверять. Взяв меня за руку, она бодрым шагом направляется к пункту проката.

На месте выясняем, что из-за обильного снегопада пришлось закрыть половину склонов, открытыми остались лишь пара спусков для новичков, но те с удовольствием нашли для себя более увлекательное занятие.

— Может пойдем, прогуляемся? — неуверенно предлагаю Золотаревой.

Меня не особо прельщает перспектива возвращаться в дом, а кататься на пустом спуске того хуже. Я ведь буду выделяться ярким пятном на белоснежном пустынном поле!

— Ты хотела сказать прокатимся? — Лерка озорно сверкает глазами. — Дайте нам лыжи. Две пары, — обращается к прокатчику.

— Лер, — пытаюсь ее остановить.

Но снежный шар под именем Валерия Золотарева уже запущен со склона, набрал скорость и не подвластен торможению. Он лишь набирает обороты.

— Цыц, — шикает на меня, берет инвентарь и с чувством выполненного долга выходит из пункта проката. Я плетусь за ней следом.

Бросаю опечаленный взгляд на белоснежное поле, понимаю, что вокруг нет людей и грустно-грустно вздыхаю.

Ох, бедная я бедная… Кататься неумеху заставляют.

— Машк, ну чего ты стоишь как истукан, — не угоманивается Лерка. — Давай обувай и погнали, — показывает на спуск.

— Может ты все-таки без меня? — пытаюсь смалодушничать.

— Куда? К начинашкам? — округляет глаза, словно я сморозила непомерную глупость.

— А чем тебе не гора? — показываю на прямой ровный спуск. — Очень даже не плохо кататься.

Лерка тяжко вздыхает, закатывает глаза, бурчит себе под нос нечто нелицеприятное, но не очень обидное.

— Трусишка-зайка серенький, — обращается ко мне. Скептически проходит взглядом по яркому комбинезону.

— Не серенький? — хихикаю.

— Пестренький, — поправляет себя. — Слушай, ты мне зубы не заговаривай. Идем!

И, схватив палки, бодро отъезжает от меня.

Смотрю на нее словно впервые вижу.

— Лер, я так не умею, — признаюсь сокрушенно.

— Научишься! — заверяет.

Пока я ковыряюсь к лыжами и пытаюсь нормально их прицепить, подруга скатывается со склона и успевает подняться.

— Шевелись, — подбадривает меня. — Движение — жизнь. Будешь стоять, задницу отморозишь, — подмигивает и снова уносится.

— Коза! — бросаю подруге, но она уже мчит вперед и не слышит.