Книга Его сладкое проклятие, страница 58 – Кристина Лин

Еще одна попытка. Он вытаскивает туз бубен. И снова моя очередь. Туз червей.

Гробовая тишина. Кажется, что в зале все даже дышать перестали.

— Забавно, — говорит Максим, язвительно хмыкнув. Встает из-за стола и выходит из зала.

В самом деле, забавно. Но еще забавнее было бы, если бы он проиграл.

В зале тишина, все ждут моей реакции. Которой нет. Бесконечная привычка держать эмоции в себе не позволила хоть как-то проявить свои чувства. На лице застыла маска. Встаю из-за стола и выхожу из казино.

Быстро нахожу свой автомобиль возле здания, забираюсь в салон.

— Домой, — приказываю водителю. И уже через полчаса машина заезжает в ворота особняка.

Поднимаюсь на второй этаж, уже не так радостно, как раньше. У двери в спальню останавливаюсь, вспомнив о том, что мне туда вход закрыт. Стучаться в двери в собственном доме? Ну уж нет! И мне ничего не остается, как идти ночевать в комнату для гостей.

* * *

Две недели! Двери в спальню заперты уже две гребаные недели.

Недоумение сменилось злостью, злость разочарованием, а разочарование стремлением добиться своего любой ценой. Ведь такого еще со мной никогда не было, чтобы где-то спасовал перед трудностями. Скольких мне пришлось сломать? Сто? Тысячу? А ее я знаю лучше, чем кого-то другого. Лучше, чем она сама себя знает.

Когда я вечером поднимаюсь по лестнице, настроения продолжать эту игру в прятки нет. Две порции виски в этот раз не помогли успокоиться, не смогли заглушить злость и обиду.

Сколько еще она будет избегать меня? Неделю? Месяц? Год? Так больше не будет!

Толкаю дверь в спальню, она заперта.

— Лера, открой, — стучусь. В ответ тишина.

Ну, хорошо. Хочешь по-плохому? Будет по-плохому!

Толкаю дверь плечом изо всей силы, она, громко грюкнув, не поддается. Тогда что есть силы бью по ней ногой, и она отлетает в сторону.

Лера стоит у окна, она даже не повернулась в мою сторону. А меня уже просто бесит эта игра в игнор, в которой мне не победить. В несколько шагов подхожу к ней, хватаю за локоть и разворачиваю к себе лицом, прижимаю к себе за талию и больно впиваюсь в губы. Она извивается, пытаясь оттолкнуть меня. Но сейчас это бесполезно. Ее близость, запах, мягкость кожи и плавность изгибов отключили разум. Подхватываю ее на руки, быстро несу к кровати, бросая ее на матрац, как тряпичную куклу. Тут же наваливаюсь сверху, не давая ей пошевелиться. Раздвигаю ее ноги и вклиниваюсь между ними. Она пытается что-то сказать, но я не слышу, накрываю ее рот своим, заглушая слова, проталкивая язык в рот.

Быстро расстегиваю ширинку, и, отодвинув в сторону полоску стрингов, вхожу сразу на всю длину, ощущая, как член неприятно трется о стеночки на сухую. Никогда раньше такого не было, и я замираю, давая нам обоим время привыкнуть. Начинаю двигаться, аккуратно, не спеша, а потом все настойчивее, по мере того, как ее тело начинает отзываться, а из горла все чаще вырывается стон. Она напрягается, выгибаясь, подаваясь навстречу, оглушая уже громкими стонами. Я двигаюсь все быстрее, и, только ощутив, как она начинает сокращаться, выгибаясь в спине от оргазма, кончаю вместе с ней.

Она лежит подо мной, я все еще нависаю сверху. Ее волосы разметались по простыни, грудь вздымается от сбившегося дыхания. Такая красивая, что не оторваться. Но вот она постепенно приходит в себя, взгляд проясняется, становясь из осмысленного удивленным, а потом жестким.