Книга Его сладкое проклятие, страница 46 – Кристина Лин

— Петя, помоги мне. — Хнычет Лера. — Он убьет меня. Мне страшно.

— О чем ты только думала, Лера?

Это все меняет. Она себе даже не представляет, что наделала. У Князя, мать его, теперь не просто туз в рукаве. Козырный, блть. И он хорошо это понимает.

— Как выглядел тот человек, что приходил к тебе? — спрашиваю.

— Огромный такой, рыжий. Весь в черном. — Понятно. Аверин. Конечно, наш мэр такими делами теперь не занимается. Послал своего верного пса надавить на Лерку. А цель не она, а я. Только вот Лере об этом знать не обязательно.

— Понятно. — Подхожу к креслу, усаживаюсь за стол. Лера все время пристально за мной следит.

— Ты поможешь? — спрашивает тихо.

Помогу? Какой у меня выбор? У меня давно уже, как нет выбора.

— Иди сюда, — говорю, подзывая к себе.

Она подходит, медленно, виляя бедрами. Красивая. Поворачиваюсь к ней, обхватываю эти бедра, которые просто обожаю. Головой упираюсь ей в живот.

— Почему, Лерка? Глупая, зачем так со мной? — шепчу чуть слышно. Как же это больно. Это не просто какое-то решение, это равносильно предательству. Ее глупость может обернуться теперь чем угодно для меня. А она никогда не поймет. Да, ей и не нужно знать все эти подробности.

Ее пальцы вплетаются в мои волосы, поглаживают кожу головы, запуская электрический ток по телу. Хочу наказать ее, сделать больно. И не могу. Вместо этого сжимаю бедра, прижимаясь к ней все сильнее.

— Не доверяешь мне, Лерка? — спросил глухо.

— Ты ничего не делаешь просто так, Петя, — ответила тихо.

— А Князь, значит, просто так тебе помог? — Снова злая ухмылка на лице. Хорошо, что не видит.

— Мне больше некого попросить о помощи, — шепчет она. Понятно теперь, почему пришла. А было бы, кому помочь, не пришла бы, значит. Больно, пи**ец.

Сжимаю руки в кулаки, захватывая ткань, тяну вверх, задирая юбку. Моя, такая родная. И такая глупая. В самостоятельность поиграть решила? Выпороть бы за это. Да только мне еще последствия ее самостоятельности выгребать.

Поднимаюсь, захватывая ткань платья, быстро стягиваю его. Она не сопротивляется, поднимает руки. Провожу рукой по лицу, потом по губам, чуть сминая. Она все время смотрит на меня и ждет, ее дыхание учащается. Потом веду рукой по шее, ниже, к груди в кружеве бюстгалтера.

— Красивая, — шепчу тихо. Она облизывает губы, сглатывает. Провоцирует. Знает себе цену, как всегда. — Ты такая красивая, Лерка.

— Можно я в доме останусь сегодня? — спрашивает. — Я боюсь оставаться одна сегодня ночью.

Я только грустно хмыкнул. Просто так остаться, значит, не хочешь. Может, мне еще Князю «спасибо» сказать? М-да, поворот. Остаться хочешь сегодня? Никуда не отпущу теперь, не надейся.

— Можно, Лер. — Запуская пальцы ей в волосы, чуть сжимая. — С Князем я решу.

Она облегченно выдыхает, а потом томно вскрикивает, когда я впиваюсь губами ей в шею. Сладкая. Вкусная. Глупая. И упрямая.

Хватит с меня твоего упрямства. И самостоятельность твоя закончилась, малыш.

* * *

Утром я приезжаю в офис очень рано. Еще по пути сюда отправил Вертинскому смс, чтобы, не мешкая, тоже сюда ехал. И тот не заставил себя ждать.

— Это невозможно, Петя, — сказал Вертинский на мою просьбу придумать, как передать склады так, чтобы с юридической точки зрения они остались моими. А то, что Аверин захочет мой гаражный кооператив, и, без встречи с ним, понятно. Знал же, что Князь не упустит этот лакомый кусок, и что рано или поздно мне нужно будет придумать, как сохранить их, отбивая от цепких рук. И Лера этот момент ускорила. Да и я виноват, не сдержался на приеме, выдав Максиму такой жирный козырь против себя же.