Книга Его сладкое проклятие, страница 28 – Кристина Лин

— Не хочу, — выдохнул в ее ладошку, которую она так и не опустила. Обхватил ее руку, прижал к своему лицу.

— Столько усилий, Петя, — пробормотала она чуть слышно.

— Разберусь.

Положил руку ей на бедро, провел по мягкой ткани платья, потом еще раз, настойчивее, сминаяя ткань, пока не станет видно кружево чулок. Она не сопротивлялась. Шумно выдохнула, когда мои пальцы коснулись кусочка обнаженной кожи.

Обхватил рукой подбородок, поворачивая к себе ее лицо. Поцеловал нежно, потом жадно, сминая ее губы, посасывая нижнюю. Она сладко простонала, запуская пальцы мне в волосы, больно сминая на затылке, вызывая дрожь в теле и окончательно отключая самоконтроль.

Приподнялся, обхватив ее за талию. Одним движением руки смахнул все со стола, и отчеты с договорами полетели на пол с громким шорохом. Усадил ее на стол, прижал к себе за талию, раздвинув ноги.

Она простонала мне в губы, когда я обхватил губами сосок сквозь ткань платья, которая вмиг стала мокрой. Нащупал застежку на спине, молния мягко поехала вниз. Быстро стянул с нее платье, словно в спешке, будто боялся, что передумает или оттолкнет. Но она и не собиралась отталкивать. Потянулась руками к пуговицам на рубашке, не дал ей расстегнуть, быстро стягивая через голову. Провела руками по груди, опускаясь к животу, и ниже, к ширинке брюк, быстро расстегнула ее.

Мои нервы на пределе, а тело напоминает оголенный провод, его искрит и пошатывает от такой желанной близости. Просунул руку ей в трусики, провел по влажным складкам, она вскрикнула, подалась вперед, выгибаясь в спине. Такая красивая сейчас, послушная. Не медля, стянул с нее кружевное белье, резко вошел одним рывком на всю длину. Рвано выдохнул ей в шею, слушая ее вскрик, который был слаще нектара. Начал двигаться, резко наращивая темп, дурея от ее стонов, которые становились все громче. Когда она стала сокращаться, плотно сжимая член своими мышцами, кончил вместе с ней.

Она откинулась назад, падая спиной на стол. Рваное дыхание вздымает грудь, а на висках блестят капельки пота. Чуть отстранился, наблюдая ее такой. Между расставленных ног было мокро от смазки и вытекающей спермы. Провел по складкам пальцами, ввел в нее один, ощущая, как он плавно скользит во влаге. Она громко простонала, добавил второй палец, вводя их на всю длину все быстрее. Почувствовал, ка кона кончает во второй раз, извиваясь на столе, сжимая бедра, которые не дал ей свести вместе.

Смотрит затуманенным взглядом, постепенно приходя в себя. Растрепанная, раскрасневшаяся, до одури красивая. Медленно поднимается, опираясь на локти, потом садится на стол. Наклоняется, тянется к трусикам. Хочет уйти? Решила сбежать опять? Ну, уж нет. Сегодня не выйдет.

Подхватываю ее на руки, несу к лестнице, и потом на второй этаж, в спальню.

— Что ты делаешь? — Ее возмущенный крик. — Куда ты меня несешь? Отпусти!

— Нет. — Отрезал кратко, занося ее в спальню.

Четыре года назад.

Петя понимал, что он виноват. Еще тогда, когда Лера сделала аборт, он понял это, и презирал себя за свою слабость и трусость. Но теперь, когда он из месяца в месяц видел ее расстроенное лицо, чувство вины не покидало его ни на миг.

— Ну, давай, спроси, — бросила зло Лера, выходя из ванной, — что показал тест.

Утром она первым делом побежала в ванную делать тест на беременность. А он остался лежать в огромной постели, ожидая очередную бурю, которая непременно нагрянет совсем скоро. Петя знал ее лучше, чем кто-либо другой. Даже лучше, чем она сама себя знала. Он замечал все, любую смену эмоции на лице, любую мелочь. И давно понял, что перед месячными ее грудь становится тяжелее, а соски немного темнеют. Но два дня назад, когда он заметил эти признаки, так и не решился сказать ей, что и в этот раз ничего не получилось. Он вообще боялся поднимать эту тему, потому что каждый раз она заканчивалась скандалом. Вот и теперь Лера смотрела на него с обидой и раздражением.