Книга Запрещаю влюбляться, страница 141 – Кристина Лин

— Чего ты боишься, Даша? — Говорит, сменяя тон, его аура давит на меня, подчиняя своей воле. — Что я охладею к тебе? Что откажусь от наших общих детей? Чего, Даша? Я не понимаю! — Он повышает голос, почти кричит.

— Детей? — А ведь я даже не думала о том, что когда-то у нас могут появиться дети. Это было бы так эгоистично лишать их нормальной семьи в самом начале. И тут же вспоминаю Свету и Артема, у которых нет нормальной семьи, и которые совсем не виноваты в том, что им досталась такая участь. — У меня ведь уже ест дети.

— Что? — Опешил Дима.

— У меня теперь есть дети, Дима. Я оформила опеку над детьми Вовы.

Дима зарычал, будто его ранили.

— Ты с ума сошла? Даша, о чем ты думала? — Заревел он.

— Я не могла их оставить, — ответила просто, отчего-то в этот раз совсем не испугавшись его взрывного темперамента. Наверное, чаша допустимых за день страхов, уже переполнена, и бояться теперь просто не получится.

— Ладно, — проговорил, будто уговаривая себя. — Ты еще можешь отказаться от опеки. Все будет хорошо.

Его слова обжигают, похлеще удара хлыста. Я резко поднимаюсь с кровати и иду в ванную. Забираюсь в душ, включаю теплую воду и с облегчением подставляю голову под струи, стекающие по волосам и коже.

Дима заходит следом за мной, становится сзади, обнимает за талию, прижимаясь всем телом.

— Маленькая, прости. — Шепчет он мне на ухо. — Ты должна понять меня. Я и так рискую, ты не моего круга. А тут еще чужие дети. Даша, ты сводишь меня с ума. — Выдыхает он последние слова.

Я стою, прижавшись к нему. И в голове калейдоскопом мелькают все наши встречи и разговоры. От самой первой встречи в офисе, и потом, я всегда знала, чувствовала, что он относится ко мне, как к игрушке. Дорогой и любимой, но игрушке. Сейчас ему кажется, что я важна для него, но однажды он наиграется. И тогда все изменится.

Я всегда буду не его круга, всегда буду недостаточно хороша для него. Потому, что, на самом деле, он прав. Я не его круга. Мне непонятны такие отношения, когда считается нормой жить с любовницей при живой жене. Мне никогда не понять его. И он не сможет понять, почему я забрала детей Веденского. Он не поймет, а ведь я не откажусь от них. Потому, что не могу оставить их. Знаю, что Вова не придет, чтобы спросить с меня. Но я просто не могу поступить по-другому.

Как было бы просто сейчас согласиться, сбросить с себя груз проблем. Позволить ему, более сильному, решить все мои заботы. А мне останется просто быть его женщиной. Слабой и понимающей. Никогда не погружаться в сложности, не принимать сложных решений, позволяя ему решать вместо меня. Быть просто его девочкой, о которой заботятся.

И в этот самый момент я осознала, что никто не придет, чтобы помочь мне. Я должна сделать все сама. Очарование момента вмиг растворилось. Будто спала пелена с глаз.

Дима ведь всегда был таким, думал только о своих желаниях. Но я такой становиться не хочу.

— Я никогда не буду с тобой, Дима, — прошептала тихо. Он услышал, вздрогнув от моих слов.

— Что ты говоришь, маленькая? Ты моя, — он снова целует меня в шею, но я больше не позволяю ему очаровать меня. Кажется, что эмоции ушли, и остался только холодный рассудок.

— Когда-то ты просил не влюбляться в тебя, — я повернулась к нему лицом и посмотрела в глаза. — Я так и сделала. Я не люблю тебя, Дима.