Книга Запрещаю влюбляться, страница 110 – Кристина Лин

— Черт! — рявкает он, когда мы останавливаемся на светофоре, ударяя кулаком по рулю.

Я испуганно вскрикиваю, и он тут же поворачивается ко мне.

— Прости, малыш, — говорит, быстро взяв себя в руки. — Просто этот вечер должен был пройти совсем не так.

— Вова, клянусь, я ничего не делала, чтобы спровоцировать его, — оправдываюсь дрожащим голосом. От страха у меня слезы навернулись на глаза. Я тут же вспомнила про это дурацкое убийство его конкурента. А вдруг, это все же он сделал?

— Ну, девочка моя, не плачь. — Говорит он ласково, берет за руку и нежно проводит пальцем по тыльной стороне ладони. — Я знаю, что ты не виновата, малыш. Это я не доглядел. А должен был давно принять меры. Видел же, как старый лис смотрит на тебя. Но я так злился на тебя в последние дни…

На светофоре загорается зеленый, и Вова нажимает на газ, отпуская при этом мою руку.

— Не бойся, больше он тебя не тронет. Я не допущу. — Он крутит руль, и машина поворачивает вправо, в сторону дома.

— Ты еще злишься на меня? — Спрашиваю, когда мы заезжаем во двор.

— Нет, Даша, не злюсь.

Он останавливает машину во дворе, а потом снова поворачивается ко мне. Берет за руку, подносит к губам, целует. А потом прикладывает мою ладонь к своей щеке. Смотрит мне в глаза. В его взгляде столько нежности страсти, что у меня в груди кольнуло и я на мгновение затаила дыхание.

— Даша, я очень тебя люблю. — Говорит хрипло и как-то грустно. Даже немного обреченно.

Валерий Потапов уже десять лет работал следователем в убойном отделе. Говорили ему во время учебы, что в убойном отделе точно не будет скучно, а скуки он боялся больше всего, просто на дух не переносил. И не обманули. Про скуку он забыл десять лет назад. Как и про спокойный сон восемь часов подряд.

Чего только следователь Потапов не повидал за эти десять лет. Каких только зверств не видели его глаза. А ведь зачастую, убийца находился рядом с потерпевшим, часто в первом круге общения. И за десять лет постоянного столкновения с отрезвляющей, больше звериной, частью человеческой натуры, душа Валерия очерствела и покрылась броней. Он приезжал на очередной «труп», фиксировал обстоятельства смерти в протокол, а потом опрашивал всех, кого можно было обвинить в причастности к преступлению, и просто прохожих.

Вид потерпевшего, в каком бы состоянии не пребывало тело, давно его не впечатлял. С наработанным за годы службы пофигистичным прагматизмом, он говорил себе, что все там будут, и жизнь быстротечна. Иногда даже внезапно быстротечна. Казалось, ничем уже не удивить стража порядка, которому давно на все стало как-то пох.

Однажды, два месяца назад, он расследовал очередной висяк, коих хватало в его практике. Допрашивал проституток в одном из публичных домов. Взгляд зацепился за девушку в вызывающе короткой юбке и маечке, обтягивающей плоскую грудь.

«Восемнадцать, не больше», — подумал Потапов, разглядывая девчонку. Ее большие глаза на худеньком личике, казались просто огромными. Она смотрела испуганно, то на Потапова, то по сторонам.

— А это кто? — Спросил он у «мамки» этих девок.

— А, это Настька, — махнула та рукой в сторону девчонки. — Хочешь?

Потапов помотал головой, снова посмотрел на Настю. Ее огромные глаза кричали «Помоги мне», внешне же она не издала ни звука. Мужчина давно работал в органах, и понимал, что такие заведения весьма нехило крышуются, и накрыть контору ему никто не даст. Опросил проституток и отчалил. Но девчонку вспоминал часто, особенно огромные перепуганные глаза.