Книга Запретам вопреки, страница 26 – Кристина Лин

Озираясь опасливо в сторону двери, я ложусь в постель. Сердце еще учащенно бьется, но, кажется. Опасность миновала. Черт возьми, неужели теперь мне придется каждый день сбегать от собственного мужа? И что только нашло на Ахмедова? Ведь мы обо всем заранее договорились.

Перевернувшись на спину, я тупо разглядываю причудливый узор на потолке, едва различимый в слабом лунном свете. Почему в таком красивом доме живет такой законченный эгоист? Разве не правильнее было бы, если бы в особняке, где каждая деталь интерьера подобрана с безупречным вкусом, жил прекрасный и гостеприимный человек с добрым сердцем? Хотя, надо признать, что Ахмедов — мужчина видный и очень привлекательный. Наверняка, женским вниманием не обделен.

От мысли о его многочисленных романах, о которых я наслушалась сплетен за последние два месяца, мне каждый раз становится не по себе. Стоит представить его с другой, и в груди все болезненно сжимается. Но вешаться ему на шею и соглашаться на все, что ему взбредет в голову, я не стану. Я Дудаева! И попрошайничать, стараясь угодить, не привыкла.

В длинном коридоре темно и зябко. Под босыми ногами холодный мрамор. А из одежды на мне только мужская рубашка. Оглянувшись по сторонам, я замечаю едва различимый огонек света — где-то там, в конце этого страшного коридора. Иду на свет, ведь там выход, я точно это знаю.

С каждым шагом огонек все ярче. И вот уже видны очертания прозрачной двери, через которую идет мягкий теплый свет.

Там тепло. Конечно, тепло. Все лучше, чем этот проклятый коридор, которому все нет конца. Но нет, он не бесконечен. И я уже слышу, как бежит вода. Что это? Откуда вода?

Подхожу к двери. Она прозрачная, но стекло запотело и ничего не разобрать. Потому что это двери в душевую кабину. Не знаю, кто включил воду и что это за место, но я точно знаю, что там тепло. Поэтому смело захожу внутрь.

Меня обдает паром, от которого приятное тепло разносится по телу. Как же хорошо. Закрываю глаза, наслаждаясь тем, как покалывает пальцы от тепла. А, открыв глаза, замечаю, что я не одна. Под струями воды стоит мужчина. Он не видит меня, потому что стоит ко мне спиной. Подставив голову, он наслаждается душем.

Мне надо вспомнить о приличиях и быстро убраться отсюда. Но, вместо этого, я стою на месте и разглядываю мускулы на его спине, по которым стекают струйки воды. Опускаясь к ягодицам, они скатываются по бедру и падают на пол. Увиденное завораживает, и я не в силах отвести взгляд.

Внезапно мужчина поворачивается ко мне лицом. Черные глаза впиваются в меня так остро, что мне хочется бежать и оправдываться одновременно. Но я не делаю ни того, ни другого. Тупо стою на месте, не в силах пошевелиться.

Ахмедов медленно, будто боясь спугнуть добычу, идет в мою сторону. С каждым шагом черные глаза становятся все ближе. Меня снова бьет озноб и немного потряхивает. Я боюсь этого человека, но он имеет какую-то странную власть надо мной. Мне не спрятаться и не сбежать.

— Ты дрожишь, — говорит он хрипло, подойдя совсем близко.

— Мне холодно, — шепчу в ответ.

— Тут жарко, ты не могла замерзнуть.

Он скользит взглядом по моему лицу, задерживает внимание на дрожащих губах.

— Ты боишься меня? — Ахмедов шепчет этот вопрос, обжигая озябшую кожу на лице дыханием.