Онлайн книга «Бывшие. Врачебная Тайна»
|
— Как кто мам? Она явно не придумала как кто, поэтому выдает стандартный аргумент: — Ты меня совсем не уважаешь! Позоришь не пойми перед кем… Последние слова царапают, но Вольтов тут же срезает: — Следи за языком мам. Она игнорирует и тут же выдает новый наезд: — Что за ребенок на тебя там залез? Ботинки грязные, поди всю рубашку испачкала. Будешь теперь как свин… — Это мой ребенок, — просто произносит Арсений, и у меня что-то екает внутри. Спотыкается и сжимается в сладком спазме. Он сказал это так естественно, так уверенно и гордо, что начинает щипать глаза. Не разреветься бы. — Что? Как твой? — его мать начинает сипеть в трубку, — почему мне об этом ничего не известно?! Ты разыгрываешь меня? — Нет. Это моя дочь. Кира. Ей три с половиной года. Это ТОТ самый ребенок. Я слышу, как она хватает воздух ртом. Экран фонит ее возмущением: — Это она тебе сказала? Эта нищебродка?! Я надеюсь, у тебя есть голова на плечах? И ты понимаешь, что она врет? Хочет просто денег с тебя срубить! — Кто? Алинка что ли? — усмехается Арсений. Мое имя, произнесенное ласковым голосом, выбешивает ее еще сильнее. — В прошлый раз не смогла присосаться, теперь решила с другой стороны зайти? Дрянь! Ты слышишь меня?! Сельская дрянь! Но ничего, я своего мальчика в обиду не дам, найду на тебя управу, я… — Мам, уймись. Один только твой шаг, одно поползновение в сторону Алины, и разговор будет другим, — в голосе прорезаются стальные ноты, — Все скрины у меня на руках. Оскорбление чести и достоинства, клевета, подтасовка фактов. Это статья, мама. И тебе, и всем твоим помощникам. — Что ты несешь? — у нее аж голос надламывается, — как тебе не стыдно, Арсений. Я для тебя это делала. Старалась, а ты меня вот так благодаришь?! — Не нужна мне такая забота. Больше не звони. — Арс! Да как ты можешь? Из-за какой-то девки… — Это не какая-то девка. Это Алина. Мать моей дочери, и в будущем — моя жена. По крайней мере я на это надеюсь. Из трубки доносится истеричный всхлип: — Арсений… — До свидания. Он отбивает вызов, и запихивает мобильник в карман. — Вот такие дела, Алин. Прости, что заставил тебя выслушивать все это дерьмо… — Из всего услышанного, я только одно не поняла. — Что именно? — Вольтов хмурится. — Ты мне предложение что ли собрался делать? Он краснеет, как мальчишка, который напакостил: — Ну я…это…да, хотел. Чуть позже, когда ты перестанешь от меня шарахаться. Планировал забрать из этой дыры, поселить у себя. Потом в моей второй квартире протопило бы крышу, и мне бы пришлось на время переехать к вам, а потом… в общем да, я собрался на тебе жениться! Смотрит на меня задиристо, упрямо, как боевой петух. — И можешь не пытаться сбежать. Найду. Притащу обратно, посажу в клетку и буду пытать пока не скажешь «да». — Это самое чудовищное и неромантичное предложение, какое только можно было сделать. — Я хирург, мне можно, — ворчит он, — и Кира моя. Я хочу, чтобы она знала, кто ее отец. — Она знает, — тихо произнесла я. Он меняется в лице: — Ты ей уже сказала? — Нет. Она сама поняла. А еще говорит, что видела тебя во сне, еще до того, как ты появился. Глаза у Вольтова как-то подозрительно блеснули. И я не удержалась от шпильки. — Эй, ты растрогался что ли? А как же хваленое хирургическое хладнокровие? |