Книга Дьявол (не) носит маску, страница 93 – Светлана Тимина

— Я ценю твои воспоминания и фантазии. Но я пришла сюда за ответами. Мое руководство несколько удивило присутствие якудза в городе, они хотят получить пояснения. И в твоих интересах быть честным, потому как мы узнаем правду рано или поздно. Но тогда вопрос о твоем наследии престола Альтьери будет не таким однозначным.

— Разве это не решенный вопрос? Мне дали понять…

— Нет, - безжалостно разбила я иллюзии парня. – Вопрос еще не решен. За тобой пристально следят. Но это не моя парафия. Я пришла за ответами.

— Конечно. У меня есть пояснение. Вам известно, что якудза не вмешиваются ни в какие сферы бизнеса. Они здесь на правах моих гостей, и я не позволю им сделать шаг вправо либо влево без моего на то разрешения. Но вернемся к сути. Помимо тебя… у меня в юности был еще один кумир.

Гильермо сглотнул и взял со стола что-то похожее на постер. Было видно, что он предвидел мои вопросы и тщательно подготовился.

— Он. Он был моим кумиром. Даже оставил автограф и пожелание… «Лети как болид, тарань препятствия», - парень повернул постер ко мне.

На меня смотрело серьезное лицо Акиры. Моего лучшего друга. Моей крепкой опоры в те дни.

Акиры, который погиб при тайных обстоятельствах. И хотя я знала, чувствовала, что его устранил Дерек, смерть гонщика так и не расследовали.

— Нет, он не был одним из них… Но ты знаешь, кто стоит за каждым успехом в их иерархии. Они жаждали получить голову его убийцы очень, очень давно. Но Дерек Стивенс был неприкасаем. Его прикрывали… твое руководство. Прикрывали, пока он был им выгоден. Теперь же я могу смело сказать нашим японским друзьям «фас»…

— Можешь, - что-то защемило внутри, но я взяла себя в руки. Мне нужно разорвать связи с прошлым, эмоций это тоже касалось. – Я полагаю, уже к утру у тебя будет это разрешение.

— И отомстить за смерть матери мое законное право, - внезапно Гильермо посмотрел мне прямо в глаза, в которых играл демонический огонь. – Дерек Стивенс ее убил.

Я не отвела глаз. Смотрела в зеленоватые с красными вкраплениями глаза юного Мефистофеля и читала в них то, что он скрывал… а в данный момент будто вовсе не хотел скрывать.

Будто это хвастовство лезло из всех чакр, настолько, что молодой Альтьери сам не понимал, какую тайну выдал мне только что невербально и полу осознанно.

— Ты влюблен во власть, - вместо того, чтобы озвучить ему обвинение в убийстве собственной матери, резюмировала я. – Настолько, что готов идти напролом. Лететь как болид и таранить препятствия.

— Разве это плохая черта для будущего дона, леди?

— Нет. Это определяющая черта характера и движущая сила. Но никогда не забывай, на каком поле тебе дозволено играть, а к какому нельзя приближаться под страхом смерти.

Мы попрощались. Я уходила, раздумывая, должна ли рассказать Совету о том, кто на самом деле уничтожил Франческу Альтьери, или лучше оставить это на уровне своих догадок.

Гильермо сейчас стал моей карающей дланью. Он отомстит Стивенсу за меня и за Акиру.

Я пришла к выводу, что лучше ничего не говорить Совету. У меня статус обвинителя и парламентера, а не следователя. К тому же, коуч всегда говорил, что эмоции и догадки – неудачное сочетание.

Чтобы наверняка обвинить парня, мне бы понадобилось больше доказательств и информации. У меня не было задачи их собирать. А учитывая перевёрнутую во многом мораль Совета, я даже усомнилась относительно того, что они перебывают в неведении.