Книга Моя тьма, его правила, страница 93 – Светлана Тимина

Представила лицо Майкла – пусть в своей самодовольной вселенной думает, что я рыдаю от невозможности кончить. Мне все равно.

Слезы катились, их поглощала черная повязка. Я могла пошевелить руками и стащить ее при небольшом усилии, но не стала. Она хоть немного, но скрывала миг моего эмоционального падения.

Как давно я не плакала – просто так, выпуская с каждой соленой каплей то, что стало привычным грузом даже во взрослой жизни, а я этого просто не замечала. Знал ли Майкл, что вскрыл внутри меня своими действиями, или это получилось случайно? Я не хотела знать ответы на эти вопросы.

Потому что если знал – он не имел никакого права бросать меня наедине с болевыми точками моего прошлого. А если не знал… Мне хватило напрочь лишенного эмпатии Хью, чтобы нырять в подобные отношения.

Сколько времени прошло, я не имела понятия. Время вообще превратилось в рефлексию из моих слез и флешбеков прошлого, повторяющихся по кругу. Правда, с каждым разом слабее и слабее. И с новыми подробностями, ставшими для меня открытием.

Отец пытался компенсировать ту ласку, что недодал мне в детстве. Даже сейчас мои успехи вызывают в нем гордость. Он дал мне самое лучшее образование из возможного. Лив повезло чуть меньше. А мама… наверное, она просто не знала иной модели поведения.

Это казалось кощунством – лежать совершенно обнаженной, привязанной к кровати с эротическими игрушками в обоих отверстиях и думать о детстве. Совсем не то время и не та обстановка. Постепенно слезы начали затихать, а в перенапряженном теле появилась давно забытая легкость.

Шаги Майкла я не расслышала. Я была погружена в свои воспоминания и ощущения освобождения через слезы. Ничего не сказала, когда он снял ремни с моих ног, отстегнул карабины на фиксирующих цепях. Игрушки одна за другой покинули мое тело.

Руки затекли. Я попыталась их растереть, но Майкл перехватил инициативу. Его движения разгоняли кровь уверенно, быстро и вместе с тем нежно.

А затем на мои плечи легла ткань мужской рубашки. Я сама сорвала повязку с глаз и поспешно продела руки в рукава. Хватит с меня на сегодня уязвимости.

— Нам стоит поговорить, - мягко сказал Майкл, пока я прятала красные глаза и отказывалась принимать его объятия.

— Мне не надо. Тебе на эту территорию вход закрыт.

— Как ты себя чувствуешь?

Это было похоже на издевательство. Я старалась игнорировать теплые ноты в его голосе.

— В окно не выйду, если ты об этом.

— Нам все равно придется это обсудить, Блейк. Пойдем со мной.

Я подчинилась только потому, что давления не ощутила. Забота в его голосе подкупила меня. Хотелось сказать что-то резкое, но прислушавшись к себе, я поняла, что это не мое желание. Это попытка нацепить маску, которую надевать не имело никакого смысла.

Вместо спальни мы переместились в гостиную. Я закатила глаза, заметив разлитый в шоты ликер «бейлис» и тарелку с клубникой в шоколаде.

— Серьезно? Сладости?

— После твоего потрясения они вряд ли повредят фигуре. Съешь. Сейчас станет легче.

— В последний раз, - зачем-то обозначила я, опрокинув шот. – Если с тобой постоянно придется есть сладкое, мне придется сказать тебе «нет».

Конфета замерла у моих губ. Я что, только что позволила себе флирт с Майклом? Серьезно? После того, что произошло?!

— У тебя есть время подумать до завтра. Наша неделя на исходе, Блейк.