Книга Ну ты и попал(а)!, страница 82 – Екатерина Скибинских

— Неужто беспокоишься обо мне? – лукаво поинтересовался Дин, бросив на меня ехидный взгляд через плечо. За что получил еще один шлепок пониже спины.

— Ай! В беспокойство рукоприкладство не входит, – возмутился он.

— Как умею, так и беспокоюсь, – пожала плечами я, заканчивая втирать мазь в гематому. – Полежи пару минут, пусть впитается. А как ты вообще вляпался в ту самую плохую компанию? Где твои родители?

Я присела рядом с ним, откинув слегка спутанные волосы за спину. Дин осторожно чуть изменил положение, чтобы видеть меня. Задумчиво почесал нос и пожал плечами.

— Да черт их знает. Судя по тому, что я в принципе родился, не убив свою мать еще на первых месяцах беременности, она чистокровный вампир. Думаю, ты в курсе, что вампирессы крайне редко заглядываются на мужчин иной расы. Но факт налицо: от кого-то она меня все же нагуляла. Пока я нуждался в материнском молоке, перемешанном с кровью, думаю, кормила… А может, приплатила кому-то, теперь и не узнать, а сам я не помню. Первые мои осознанные воспоминания были уже на улице в трущобах. Постоянно мучили голод и вампирская жажда. Ночевал где придется. Просил еду у прохожих. У таких же беспризорников, как и сам, отпивал немного крови, пока они спали. Не знаю. Может, уже тогда пользовался неосознанно магией. По крайней мере, когда я на улице встретился с магом, тот сразу определил во мне сильный развитый дар и забрал к себе в ученики.

Дин рассказывал историю легко и спокойно, как нечто, что его не касается и произошло вообще не с ним. Может, так работала его защитная реакция, а может, что более вероятно, в жизни парня было столько всякой дряни, что история детства воспринималась обычной рутиной. Но когда заговорил о каком-то маге, даже не называя его имени, все его тело напряглось, руки сжались в кулаки, а в голосе прорезалась ненависть.

— Вот там было хреново, – честно выдал он. – Сказать, что меня чему-то особо учили, я не могу. Скорее передо мной ставили задачу, что я должен сделать, и плевать, как я этого достигну. Если не справлялся, меня ждали жестокие побои.

— Эти шрамы с тех времен? – тихо спросила я, проведя рукой по застарелым следам от плети. Дин в первый миг словно закаменел, но под моей ладонью расслабился.

— Да. Были еще на запястьях от кандалов, но в зрелом возрасте я избавился от них, – самодовольно хмыкнул Дин. И, не дожидаясь напрашивающегося вопроса, пояснил: – За успешно выполненное задание получил тройную порцию крови. Выпил все за раз и просто срезал шрамы вместе с кожей, зная, что усиленная регенерация все затянет без следов. А со спины и груди так просто не срезать. Да и площадь больше. Ну и все равно там уже хватает других следов.

— Как ты ушел от того мага? Сбежал? – спросила я, одновременно и разделяя с Дином его ненависть к той мразоте, и сочувствуя маленькому вампирчику, который все это переживал день за днем.

— Нет. – Из груди Дина вырвался горький смешок, а каждое следующее слово было пропитано презрением и все той же ненавистью. – Веришь, я даже не думал тогда об этом. Он на тот момент был единственным, кто был небезразличен к моей судьбе. Да, у него было хреново. И все же у меня была крыша над головой, пусть и скудная, но еда. Самые капли, но крови… Только не вздумай меня сейчас жалеть, сам знаю, насколько низко я тогда пал и как жалко это звучит. Пожалуй, я его ненавижу больше всего не за то, как он со мной обращался, а за то, что я считал это нормой… И за то, что испытал обиду и боль, когда он меня продал.